Девальвация рубля: наступает или всё-таки нет?
Девальвация рубля: наступает или всё-таки нет? Евро пробил 100 рублей, доллар — почти 86. Пока рубль месяцами был крепким, много было разговоров, что для бюджета выгоднее курс доллара повыше. Вдруг все стали вспоминать, что на текущий год, чтобы получить дефицит 1,6% ВВП, курс доллара должен составлять 92,2 рубля — как было заложено при проектировке бюджета. Многие говорят: если рубль будет крепкий — значит, денег в бюджете будет меньше. Правда, если только не помогут какие-то иные факторы. Например, есть процесс конфискации имущества у коррупционеров, а также перевод прав собственности из частной в государственную, если частники совершили тяжкие преступления против России. Ситуация вокруг Ормуза потенциально должна была бы сыграть в сильный плюс для госказны. Однако Россия до сих пор соглашается на скидки Urals к Brent. Да, покупатели российской нефти могут придумать тысячу причин, почему так должно быть, но лучше было бы давить на рынок своими условиями — продавать даже с премией к Brent. Не хотят? Ну, пусть попробуют НПЗ Индии и КНР поработать хоть месяц-другой без российской нефти. Да, и вообще: нефтегазовые доходы и так в 2025 году упали на 23,8% к 2024-му, а их доля в бюджете также сократилась. Если брать по нефти, то от неё пришло лишь 19 из 100 рублей поступлений в госказну. Так что поле для манёвров и давления на мировой рынок нефти, чтобы улучшить себе условия торговли, есть. Но ими в полной мере не пользуются! В итоге всё больше финансовые власти смотрят в сторону девальвации рубля. Но не факт, что она будет линейной — отскоки возможны, как и разочарование тех, кто сейчас понахватает долларов и евро «на всю котлету». Рубль слабеет сейчас, и понятно почему. Минфин скупает валюту, идёт налоговый период, экспортёры всё больше оставляют деньги за границей (в июле, например, завоз валюты в Россию по 43 крупнейшим экспортёрам упал в 4 раза по сравнению с прошлым годом), а отток средств россиян за рубеж вырос вдвое. С экспортом, при этом, дела идут неплохо: за I полугодие доходы экспортёров выросли на 12%, а положительное сальдо торговли — на 14%. А где деньги? Как я уже писал, у нас сняты, например, многие пошлины с экспорта рыбы, хотя можно было бы ввести их обратно, чтобы поддержать и внутренний рынок, где цены на рыбную продукцию растут как бешеные, да и денег в бюджет собрать. Может, пора ввести обратно и норму обязательной продажи валюты экспортёрами — только если финансовые власти не ориентированы на то, чтобы сильно валить рубль. Но ведь слабый рубль — это удар и по финансам государства. Это видно по рынку ОФЗ, где инвесторы требуют по длинным бумагам доходности не менее 16%, бюджет же вынужден занимать под всё больший процент. Кроме того, идёт переток средств из акций в долговые бумаги, а оценка бизнеса большинства компаний РФ резко сокращается. Сокращение стоимости акций — это проблема и для тех, кто использует бумаги в качестве залога, а также для банков, так как соответствующая строка в активах начинает переоцениваться в меньшую сторону, и тогда баланс идёт наперекосяк. Я уж не говорю о том, что слабый рубль — это дополнительные социальные расходы бюджета: нужно будет проводить индексацию выплат. А ведь всего этого можно избежать, если просто начать более жёстко вести торговую политику. Если Запад решил экономически надавить на Россию, когда в последние месяцы мы видим, что происходит с рядом складов маркетплейсов, то тогда наши партнёры в Азии должны понять: им нужно занять более активную позицию в поддержке Москвы, так как если экономика России будет слабее, то им же будет хуже. Только если даже в такой ситуации мы будем продолжать гнуть свою линию и не соглашаться на всякие скидки на наши экспортные товары. Так что будет сильная девальвация или нет — это вопрос то, смогут ли финансовые власти вырулить без неё, или придётся прибегнуть к ней, хотя она в итоге имеет много минусов для финансов страны и бюджета страны в частности.