Сижу вот, под впечатлением, даже чашку кофе допить не могу. Ну вот как у нас бывает: во...
Сижу вот, под впечатлением, даже чашку кофе допить не могу. Ну вот как у нас бывает: возьмутся бороться с чем-нибудь — так непременно до какого-то абсурда доводят. Читаю: «В Красноярском крае охотникам выплатят 36 500 рублей за добычу медведя». И прямо перед глазами эти цифры стоят, а в голове — сплошные вопросы. Правительство, конечно, постановление приняло, деньги из краевого бюджета выделило. Всё чин по чину: разрешение на охоту должно быть, добывать — только в закреплённых угодьях, в черте населённых пунктов и нацпарках — ни в коем случае. А чтобы выплату получить, надо ещё и фото медведя приложить. Как будто это всё решает. А я ведь дочь охотника. Знаю, как в деревнях живут. Знаю, какие там зарплаты. И вот думаю: ну дадут эти 36 500, а дальше что? Сейчас медведя выбьют, и чиновники, наверное, будут считать, что счастье наступило, проблема решена. Хочется прямо вслух спросить: господа хорошие, а как вы вообще допустили, что медведи в города пошли, на людей выходят? Почему раньше популяцию не регулировали, спокойно и грамотно, без вот этих вот «премий за голову»? И ещё страшно вот что: выбьют сейчас медведей, а следом другая беда придёт. Тайга — она ведь живая, в ней всё связано. Без медведя лес станет уязвимым. Пойдёт какая-нибудь зараза — бешенство, ещё что-то… Лес без своего главного хищника — как дом без хозяина. При этом я вовсе не из тех, кто про «милых мишек» вздыхает. Понимаю: медведь — это сила и опасность, с ним шутки плохи. Но и рубить с плеча, по принципу «нет зверя — нет проблемы», нельзя. Сижу, кофе остывает, а в голове всё эти мысли крутятся. И так горько от того, что вместо системного подхода — очередная громкая мера, которая больше похожа на попытку поставить галочку в отчёте. А вы как думаете — это реально поможет или только хуже сделает? Поделитесь мнением, хочется хоть в комментариях здравый голос услышать…