Восьмой класс закончился. Я сдала экзамены — и выдохнула. В голове была только одна мыс...
Восьмой класс закончился. Я сдала экзамены — и выдохнула. В голове была только одна мысль: всё, больше в интернат не вернусь. Уезжала в деревню уверенная в этом на сто процентов С детства не переношу вечного напряжения, когда каждый день — как ходьба по минному полю. А с заведующей у нас как раз и развернулся самый настоящий конфликт. Не из-за какой-то одной ссоры, а из-за самой атмосферы: постоянного контроля, ощущения, что ты вечно «не так» дышишь, не так смотришь, не так отвечаешь. И я выбрала самый простой для себя способ выжить — уйти. В дальнейшей взрослой жизни я так и делала: если вокруг начинался затяжной конфликт — вставала и уходила. Без выяснения отношений, без дележки вилок и ложек, без долгих прощальных монологов. Просто собирала вещи и исчезала из этого пространства. Кто-то потом потирал руки и говорил: «Ага, испугалась. Поняла, что не вытягивает». Люди всю жизнь ошибочно принимали мою неконфликтность за слабость, за бесхарактерность. А разве я бесхарактерная? Характер как раз в том и был — в умении не тратить себя на то, что разъедает изнутри. Тем летом я твёрдо сказала бабушке и дяде: хочу учиться в сельскохозяйственном техникуме в Абакане. Аттестат у меня был без троек — в 1989 году этого хватало, чтобы поступить без экзаменов. Да ещё и общежитие давали. Информацию про техникум я узнала от учителя истории, Елены Даниловны Станкевич. Она ко мне хорошо относилась и искренне советовала: «Там тебе будет лучше». И вот я стою перед родными, рассказываю про Абакан, про общежитие, про новую дорогу — а в ответ слышу хором: «Что это ты придумала? Никаких техникумов, только девятый класс!» Тогда я для себя решила радикально: вообще не буду учиться. Не поеду в Ярцево, останусь в деревне. буду помогать по хозяйству. Бабушке уже тяжело было управляться со скотиной, да ещё и пчёлы, и кролики требовали внимания. В моих глазах это был честный выбор: не бежать в неизвестность, а остаться там, где от меня реально есть польза. Наступил сентябрь. Время собирать меня в школу. А я упёрлась: не поеду, и всё. Рассказать, почему мне там жить невыносимо, я не могла. Знала, что в ответ прозвучит привычное: «Сама виновата». И это было страшнее любого конфликта — знать, что твою боль обернут в упрёк. Двадцать дней мы находились в жёстком противостоянии. Двадцать дней я держалась, как могла. А потом сдалась. Они победили. Меня отправили в девятый класс. Сейчас, когда моя дочь сказала, что хочет уехать учиться после девятого, я вспоминаю ту себя. И в груди всё сжимается. В какой-то момент даже мелькала эта странная, почти злая мысль: «Её бы выпороть и отправить в десятый, пусть доучивается!» Но это не про неё. Это про мой страх, что она повторит мой путь, где одно маленькое «сдалась» тянет за собой целую цепочку «а что, если бы…». Я до сих пор думаю: всё было бы по-другому, если бы тогда уехала в Абакан.🤔