Люди звучат как музыка. Рядом с одними ты слышишь флейту, с другими - барабанную дробь.
Люди звучат как музыка. Рядом с одними ты слышишь флейту, с другими - барабанную дробь. У каждого своя мелодия, своя главная тема. Тема звучит то громче, то тише, но каждый играет из себя по своим нотам, из собой придуманной партитуры. Иногда мелодии переплетаются, попадают в такт, взрывают пространство резонансом оттенков. Это завораживает. Завораживает, и ты вслушиваешься в ювелирное звучание дуэтов или в сложное полотно оркестра. Случаются дуэты, трио, квартеты. Красивые, мощные и не очень. Бывает, не случаются. Бывает, что люди звучат сами по себе, не дожидаясь очереди вступить, не давая себе возможности прислушаться к общему ритму. Какофония. Кто-то звучит совсем тихо, чуть слышно, прерывисто или почти не касаясь слуха. Мелодии других звучат в нас. В радостные моменты, в грустные, в больные и в моменты полные нежности. Иногда забытые мелодии доносятся эхом. Однажды разыгранные в четыре руки партии остаются внутри, складываются в пыльные нотные папки памяти. Какие-то виньетки или полновесные произведения хочется вытравить из себя и забыть, но они всплывают и звучат, не требуя от тебя разрешения. Самые искрение партии ты бережно хранишь, записывая ключи и ноты, в надежде, что когда-нибудь зазвучишь снова, когда время вернётся. Но оно не вернётся. Люди уходят и уносят с собой свои мелодии. Ты их помнишь и самонадеянно полагаешь, что нужный тебе мотив будет звучать вечно. Правда в том, что сначала он будет звучать тише, потом совсем тихо, и однажды ты и не вспомнишь, что это был за мотив и в какой тональности он звучал. Ещё мучительнее, когда человек никуда не ушёл, но ты больше не слышишь его музыки, словно оглох. Музыка не исчезает, музыка вечна, но диапазон, который тебе доступен, меняется. Иногда безвозвратно.