ПОДПИСЬ
ПОДПИСЬ Надя уже распорола подкладку, когда увидела внутри детского пальто неровные буквы: «Даша». Ниже, другими нитками: «Соня». Ещё ниже — почти выцветшее «Аня». Пальто принесла женщина лет сорока с девочкой. Просила удлинить рукава и поставить новую подкладку. Шерсть была хорошая, тёмно-красная, пуговицы — большие, с ободком. Такие вещи ещё можно передавать дальше. — И имена эти уберите, — сказала девочка. — Все. Мать вздохнула. — Ну кому они мешают? Это же внутри. Девочка не ответила. Уткнулась в телефон, хотя экран был чёрный. Теперь Надя держала отпоротую подкладку и думала, что обещание выполнила: имён на новой не будет. Но ткань пока отложила. Вдруг мать захочет забрать на память. Они пришли на примерку в субботу. Девочку звали Варя, ей было двенадцать. Мать помогла ей снять куртку и тут же начала рассказывать, какая прекрасная была первая хозяйка пальто. — Даша за вещами следила. Ни одного пятнышка. И Соня аккуратная. Аня вообще только два раза надела. Варя стояла перед зеркалом, втянув голову в плечи. — А я могу пятнышко поставить? — Что за вопросы? — Обычные. Надя попросила её вытянуть руки. Новые манжеты легли хорошо, рукава больше не задирались. Она наметила последний шов и отошла к столу. — Мам, я это пальто не хочу, — сказала Варя. — Мы же уже переделку оплатили. Ты сама согласилась! — Я согласилась на красное пальто. А не на «Даша носила лучше». Мать приоткрыла рот. Надя зашуршала пакетом с подкладкой — уж очень тихо стало. — Я тебя с ними не сравниваю, — сказала женщина. — Ты только что сравнила. Варя стала расстёгивать пуговицы. Одна никак не выходила из петли. Мать потянулась помочь, но девочка отвернулась. — Мне даже карман нельзя зашить, — добавила она. — А там дыра. Ты сказала: «Не надо, Даша сама его пришивала на труде». Мать посмотрела на Надю. — Там правда дыра? — Во внутреннем. Я всё равно меняю подкладку, сделаю новый карман. Женщина села на стул. Достала из сумки перчатки, хотя уходить они ещё не собирались. — Мне нравилось, что вы все его носили, — сказала она. — Племянницы, теперь ты. У меня фотография есть, где Даша в нём в четвёртом классе. — А я не Даша. — Знаю. Варя наконец расстегнула последнюю пуговицу. — Можно мне хотя бы другие? Эти я ненавижу. Надя открыла коробку с образцами. Мать посмотрела на часы, потом сняла шарф. — Давай выбирать. Красные пуговицы оказались слишком яркими. Чёрные Варя сразу отодвинула. Остановилась на простых тёмно-синих, без рисунка. — Необычно, — сказала мать и замолчала. Надя разложила их на пальто. — Пришиваем? Варя посмотрела на мать. Та кивнула. — Это тебе носить. За готовым пальто они пришли через три дня. Надя предложила забрать старую подкладку. Мать сначала протянула руку, потом попросила отрезать только кусочек с именами. Варя примерила пальто, засунула руки в карманы и повернулась боком. — Теперь нормально. — Подписать надо, чтобы в школе не перепутали, — сказала мать. Девочка насторожилась. Но женщина достала ручку и протянула ей. Варя сняла пальто, разложила на столе и вывела на новой светлой петельке своё имя. Крупно. Буква «я» немного не поместилась и залезла на край. Мать придержала ткань, чтобы было удобнее дописать.