Услышав, что беременна лишь для сделки, Аля сбежала. Но, придя в суд, бывший жених не п... — 4 сентября 2026 г. в 09:24:19.932
Услышав, что беременна лишь для сделки, Аля сбежала. Но, придя в суд, бывший жених не поверил своим глазам (часть 1) Горничная, облачённая в строгую униформу, шагнула навстречу и протянула руку к атласной ленте, намереваясь забрать коробку. Однако Аля мягко, но настойчиво отстранилась, крепче перехватив тяжёлое картонное дно. Ладони её предательски вспотели от волнения, и она боялась, что сейчас просто не удержит хрупкий груз. Внутри лежал настоящий шедевр — авторский торт, щедро украшенный свежими ягодами и тончайшим шоколадным кружевом, которое напоминало затейливую паутину. Ради этого десерта она потратила последние сбережения, которые копила по крохам на скромной зарплате реставратора в местном музее. Ей хотелось войти в этот дом не с пустыми руками, а с чем-то изысканным и достойным, чтобы произвести хорошее впечатление на людей, которые, как она искренне верила, скоро станут её настоящей семьёй. Она перешагнула порог резиденции Гордеевых и на мгновение замерла, поражённая давящей роскошью. Холодный, почти стерильный блеск мраморных полов, высокие потолки, теряющиеся где-то в вышине вместе с хрустальными люстрами, и тяжёлые бархатные портьеры на окнах — всё это резко контрастировало с тесной комнаткой в общежитии, где Аля провела последние несколько лет. С самого раннего детства, после того как мама ушла из жизни, она росла за казёнными стенами детского дома, а отца никогда не знала. Отчество Вячеславовна ей когда-то вписали в документы просто так, для формальности, без всякой привязки к реальному человеку. В её жизни не было места уютным семейным посиделкам за ужином, тёплым объятиям перед сном или безусловной поддержке, на которую могут рассчитывать дети из полноценных семей. Только ощущение непреходящего одиночества, от которого она так мечтала избавиться, и жгучее желание обрести свой собственный дом. Именно поэтому предложение Артёма, прозвучавшее несколько месяцев назад, перевернуло её мир с ног на голову и заставило поверить в чудо. А когда несколько дней назад она, дрожа от счастья и едва сдерживая слёзы радости, сообщила жениху о беременности, он крепко прижал её к себе и прошептал: «Теперь у нас будет настоящая семья, своя собственная». Эти слова стали для неё спасательным кругом, за который она держалась мёртвой хваткой, не позволяя себе усомниться в его искренности. — А вот и наша гостья, — раздался прохладный, хорошо поставленный голос, в котором чувствовалась привычка повелевать. В просторную гостиную, залитую мягким светом из высоких окон, вошла Регина Геннадьевна. Будущая свекровь выглядела безупречно, как всегда, словно сошла с обложки глянцевого журнала. Элегантное платье, идеально уложенные волосы и мастерски скрытые косметикой морщинки выдавали женщину, привыкшую следить за собой и контролировать каждую деталь своей внешности. Следом за ней, чуть шаркая и держась в тени, появился Валентин Сергеевич, её второй муж. На его лице застыло выражение безразличия и усталости, словно он уже давно перестал участвовать в том, что происходит вокруг. Аля робко улыбнулась, стараясь скрыть охватившее её волнение, и протянула коробку вперёд. — Здравствуйте. Вот, решила угостить вас к чаю, — произнесла она, надеясь, что голос прозвучит достаточно уверенно. Регина Геннадьевна с лёгким пренебрежением приподняла бровь, даже не прикоснувшись к подарку, словно он был чем-то недостойным её внимания.