Почему незнакомец каждый четверг занимал её столик и заказывал два чая, хотя приходил о...
Почему незнакомец каждый четверг занимал её столик и заказывал два чая, хотя приходил один? Однажды Галина решила пересесть и он впервые её остановил Галина обедала за столиком у батареи двенадцать лет. Не потому, что любила это место: зимой от чугуна жарило колени, а летом из окна тянуло запахом больничной прачечной. Просто отсюда была видна вся столовая, и технолог могла заметить, если кассир пробивала не ту цену или повар снимал котлеты раньше времени. В октябре её столик занял незнакомец. По четвергам ровно в половине второго он ставил два стакана чая и садился один. Второй чай остывал нетронутым. Через неделю Галина заняла освободившийся стул. Мужчина положил на батарею газету и половину лимона в салфетке. — Здесь нельзя хранить продукты. — Уже понял. Вы здесь главная. — Я технолог. — Тем более страшно. Он представился Львом Борисовичем, переводчиком. В больнице лежал его старший брат. Почему чай был на двоих, Лев не объяснял, а Галина не спрашивала: после развода она избегала мужчин, превращавших любой вопрос в приглашение заняться их жизнью. В конце ноября пришло уведомление: просрочка по кредиту — сто восемьдесят тысяч. Кредит в браке оформили на неё, деньги забрал бывший муж, а платить перестал. Галина взяла дополнительные смены, продала мамины серьги и стала приносить обед из дома. Однажды Лев подвинул к ней второй стакан. — Сегодня бесплатно. Кассир ошиблась. — Кассир у меня не ошибается. — Тогда ошибся я. В газете было объявление: «Требуется технолог пищевого производства. Зарплата от девяноста пяти тысяч». Название компании обведено, рядом стояло её имя. — Вы копались в моих делах? Кредит погасите? — Я услышал, как вы говорили бухгалтеру о подработке. Лев не оправдывался. Галина сказала, что ей не нужна его жалость и лимоны. После этого он заказывал один чай за соседним столиком. Через две недели ей позвонили из компании: нужен технолог на годовой запуск линии в Нижневолжске, зарплата почти вдвое выше больничной. Галина носила предложение в сумке, затем согласилась. О её отъезде Лев узнал случайно. — Поздравляю. — Вы даже не спросили, куда. — Нижневолжск. Я переводил приложение к договору. Она ждала предложения встречаться, писать или проводить, но он спросил: — Когда освободить столик? — Я думала, вы будете рады избавиться от технолога. — Я умею радоваться и не радоваться одновременно. Перед отъездом Галина вернула блокнот. — Там половина страниц пустая, — сказал Лев. — Пишите то, что знаете. В Нижневолжске Галина жила при комбинате, обучала смену и впервые тратила зарплату, не сверяясь с чужими обещаниями. Кредит закрыла за четыре месяца. Бывший муж перевёл один платёж — и исчез. Лев писал редко: присылал фотографии кота на словарях и короткие сообщения. Галина отвечала снимками цеха и однажды отправила фотографию лимона на подоконнике. После этого Лев не писал неделю. Весной контракт продлили, но разрешили работать в родном городе. В первый четверг после возвращения Галина вошла в столовую ровно в половине второго. Столик был занят. Перед Львом стояли два стакана чая, напротив сидела рыжеволосая переводчица оборудования. Галина повернула к другому столику, но Лев поднял голову. — Галина. — Наконец-то, — сказала женщина. — Он двадцать минут объясняет, почему нельзя занимать ваш стул. Переводчица ушла за кофе. Лев подвинул Галине второй чай. — Я не знал, придёте ли вы. — Но заказали. — Кассир ошиблась. На батарее лежал лимон в салфетке. На лацкане Льва белела кошачья шерсть. — Вы так и не научились пользоваться щёткой. — Некоторые вещи полезно оставлять узнаваемыми. Галина достала блокнот. На первой странице было написано: «Дом — место, где за тебя не решают, но всё равно ставят второй чай». Лев прочёл и промолчал. Только переставил стул, освобождая ей место ближе к батарее. Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!