Из воска в чугун: как жена Павла I стала «чугунной императрицей» — 14 сентября 2026 г. в 03:42:26.813
Из воска в чугун: как жена Павла I стала «чугунной императрицей» Она родила десятерых наследников, из которых выжили девять, не расставалась с корсетом даже на последних месяцах беременности и искренне верила, что женщине не нужны большие познания. Но когда Павла I не стало, податливая супруга вдруг превратилась во властную главу дома, перед которой отчитывались сыновья-императоры. Недаром Николай I иронично величал её «чугунной императрицей» — хотя начинала она как «восковая принцесса». Будущая Мария Фёдоровна, а тогда София Мария Доротея Вюртембергская, познакомилась с Павлом в Берлине. Брак устроил прусский король Фридрих II, предварительно расторгнув её помолвку с Людвигом Гессенским. Павел был очарован: невеста умна, хорошо воспитана и хороша собой. Правда, он сразу вручил ей список правил, которые та обязана была выполнять. София отнеслась к этому как к последствиям его первого неудачного брака и не обиделась. В личных записях принцесса вывела своё кредо: женщина не должна быть слишком образованной, её удел — дети, дом, прислуга и бережливость. Перейдя в православие, она стала Марией Фёдоровной. Современники описывали её как высокую статную блондинку, склонную к полноте и близорукую, но свежую и цветущую. Парадные платья она носила с утра до вечера без устали, а беременность не мешала ей шнуровать корсет. Из десяти её детей в живых остались девять — крошка Ольга умерла в младенчестве. Вскоре Екатерина II, празднуя рождение первой внучки Александры, выкупила у наследников Григория Орлова Гатчину и передала сыну. Павел пришёл в восторг и занялся любимым делом: созданием военного поселения в Гатчине. Мария Фёдоровна осталась полноправной хозяйкой Павловска. Она вложила в его отделку свой вкус, лично занималась портьерами, зеркалами, а в свободное время работала на токарном станке, вытачивая детали из янтаря и слоновой кости. Она недурно рисовала, вышивала, пела, играла на музыкальных инструментах. В Павловске по её воле возник первый литературный салон России, где она покровительствовала Жуковскому. Супруги были счастливы, не вмешиваясь в политику, чем вызвали неудовольствие императрицы. Екатерина надеялась обрести в невестке союзницу, но та ограничивалась почтительной покорностью. Не дождавшись, самодержица забрала на воспитание внуков Александра и Константина, решив готовить их к трону. Мария смирилась — Екатерина сравнивала её с мягким воском. Смирение кончилось, когда Павел увлёкся фрейлиной Нелидовой. Мария Фёдоровна ревновала, жаловалась свекрови. Та подвела её к зеркалу и убедила, что невестка — красавица, а Нелидова — «маленькое чудовище». Взяв себя в руки, императрица сумела подружиться с фавориткой и через неё влиять на государя. Этот союз настолько встревожил приближённого Ростопчина, что он подыскал Павлу новую пассию — Анну Лопухину. Павел быстро потерял голову: в честь Лопухиной называл корабли, рисовал её вензеля на гвардейских штандартах, а Мария Фёдоровна едва не угодила в опалу. Когда родился младший сын Михаил, врачи запретили императрице рожать впредь, но Павла это не волновало: он утешался с Лопухиной. После гибели мужа из «восковой» принцессы словно отлили чугунную правительницу. Мария Фёдоровна потребовала от сыновей полного подчинения, отстаивала немецких родственников, настаивала на мире с Наполеоном. Впрочем, характер лишь укрепил уже сложившиеся привычки. Благотворительностью она занималась ещё при жизни Павла: когда тот взошёл на престол, императрицу поставили начальствовать над Воспитательным обществом благородных девиц. Позже она взяла под опеку воспитательные дома, заботилась о подкидышах и навела порядок в Обуховской больнице. Современники запомнили её как деятельную, встававшую в шесть-семь утра, обливавшуюся ледяной водой и начинавшую день с крепкого кофе. Характером она стала жёсткой и нетерпимой к возражениям. Под её покровительством открыли женские учебные заведения в Петербурге, Москве, Харькове и Симбирске. В 1803 году больницу