Даль решил оставить петербургский госпиталь и уехать из столицы. Он не хотел мириться с...
Даль решил оставить петербургский госпиталь и уехать из столицы. Он не хотел мириться с бюрократическими порядками и злоупотреблениями, из-за которых постоянно вступал в конфликты. В Оренбург он отправился чиновником особых поручений. Однако от медицины не отказался: продолжал лечить людей, когда появлялась возможность. В Оренбурге к нему обратились за помощью, когда у отставного майора Соколова появилась опухоль на руке. Местные доктора не решались на операцию и посоветовали пригласить прибывшего из Петербурга чиновника. Даль осмотрел пациента и согласился его оперировать. Ампутация предплечья прошла успешно, и уже через неделю Соколова выписали. Позднее майор стал тестем Даля: его дочь Екатерина была второй женой Владимира Ивановича и родила ему троих дочерей. Но врачебная помощь Даля не ограничивалась знакомыми и жителями города. Он ездил по деревням, где его ждали крестьяне, старики, женщины и дети. Сначала он обходил больных: кому-то делал операцию, особенно часто — на глазах, кому-то давал совет. И только после этого переходил к служебным делам. Об этом вспоминал работавший с Далем Мельников-Печерский. С именем Владимира Ивановича связывают и распространение кумысолечения. В ту эпоху кумыс считали средством от многих недугов, а его употребление вошло в моду. В 1841 году Даль выпустил небольшую работу, где рассказывал о свойствах напитка и способах его приготовления. Он писал, что среди киргизов не встречал туберкулёза, питуитезов и других форм чахотки, а собранные им сведения подтверждали редкость таких заболеваний. Публикация помогла сделать кумысолечение известным; позднее в Самарской, Уфимской и Оренбургской губерниях появились специальные лечебницы, куда приезжали пациенты, утратившие надежду на другие способы лечения. Главный труд Даля, «Толковый словарь живого русского языка», мог так и не выйти. Четыре тома издали в 1863–1866 годах, но сначала Академия наук отказалась поддержать проект. Вместо этого автору предложили выкупить собранные за всю жизнь материалы всего за 157 рублей. Издатель и славянофил Александр Кошелев понимал ценность работы и одолжил Далю три тысячи рублей. На эти деньги словарь печатали небольшими выпусками. Когда вышло уже семь, о проекте узнал Александр II и выделил на продолжение издания 2500 рублей. При этом государь распорядился указать на обложке, что публикация ведётся на средства, пожалованные им лично. Так словарь, который Даль создавал десятилетиями, получил возможность дойти до читателей. Другой важный труд Даля — сборник «Пословицы русского народа». За годы он записал 30 тысяч пословиц, в которых сохранились народные наблюдения, опыт и представления о жизни. Среди них был раздел «Здоровье – Хворь». В него вошли, например, поговорки о сезонных опасностях, луке, бане и умеренности в еде и питье. Даль собирал не только слова и пословицы. В его коллекции были народные бытовые картинки XVII–XVIII веков, многие из которых затрагивали медицинские и санитарные темы. Сегодня это собрание остаётся ценным источником для изучения истории отечественной медицины. Сам Владимир Иванович, заботясь о здоровье пациентов, собственному здоровью уделял мало внимания. Работа отнимала у него много сил. Даль умер от инсульта, не дожив один месяц до 71 года. Он говорил, что любил Отчизну и внёс в её жизнь свою посильную лепту. Биограф В. Крупник сравнивал сделанное им с трудом целого гуманитарного института, а писатель Андрей Битов называл Даля Магелланом, прошедшим русский язык от начала до конца. В жизни Даля удивительно соединились врачебное служение и огромная работа по сохранению языка и народной памяти. Он спасал больных, записывал слова у солдатских костров и собирал материалы, которые пережили своего создателя. Какое из этих дел, на ваш взгляд, лучше всего раскрывает его характер? Подписывайтесь чтобы не потерять История России