На обратном пути из парикмахерской наблюдала сцену абсолютного гендерного триумфа. — 16 июля 2026 г. в 12:49:30.112
На обратном пути из парикмахерской наблюдала сцену абсолютного гендерного триумфа. Детская площадка. Четыре отъявленных барышни от 6 до 9 лет включительно играют в принцесс. Все как положено: свечи, бал, карета подана, «Николя, не надо наступать на мой турнюр». Николя находится в самом невыгодном возрасте и положении: он мальчик, ему что-то в районе 4, и поэтому принцессы не сказать, чтобы очень им интересуются. Перемазанный нежною малышовой соплей и оттого невероятно жалкий, он бегает вокруг этого коронованного цветника и хнычет, чтобы его взяли в игру. Принцессы, как и большинство людей в розовом, начисто лишены сердца: щурятся, поджимают губы, шипят недружелюбно, и громко отправляют Николя вон. Дойдя до последней стадии отчаяния, Николя достает из шорт мятый пакетик жевательного мармелада, получает очередной отказ, и взывает пароходной сиреной. - Наташа! Девочки! Ну возьмите же Колю в игру! – тут же кричат откуда-то со стороны скамеек. – Ну что же он у вас плачет! Наташа, самая старшая, со вздохом покидает группу, и смотрит на Николя тяжело и скучно. Под этим ее взглядом он стоит, начисто лишенный воли, испуганно теребя в руках мармелад. Немая сцена длится секунд 20, после чего Наташино лицо озаряется. - Придумала! – подпрыгивает она, и хотя это самое «придумала» не сулит для Николя ровным счетом ничего хорошего, он облегченно выдыхает. - Ты, Колька, будешь наш король, - властно говорит Наташа, - Садися на карусельку! Совершенно ошалевший от свалившейся на него должности, Николя послушно взбирается на сиденье карусели. Коронация стремительна: Наташа снимает с себя шерстяную кофту и привязывает ее Николя в качестве мантии, а корону заменяет кленовый листик, щедро наслюнявленный для крепости сцепления с королевской башкой. В самый последний момент она ловко выхватывает у короля пакетик с мармеладом, и бежит к подружкам. - А мирмилад зачем? – кричит ей в спину перепуганный Николя. - Ну, как же, - Наташа останавливается, и смотрит на него недоуменно. – Ты же, Колька, король, а мы же твои жены и дочки. Тут же нельзя без мирмилада! - Аааа, - облегченно улыбается Николя. – Ну тогда ладно. Девичий коллектив довольно смыкает свои ряды, и продолжает собираться на бал, громко чавкая свежей добычей. Николя сидит в 10 метрах на карусельке, в жаркой кофе, с дурацким листом на голове, и с выражением абсолютного счастья на лице наблюдает как женщины в розовом жрут его мармелад. Я два письма успела отправить, а он все сидел. Король. Было ли мне его жаль? Нет, не было. - Изящно, - подумала я, и пошла дальше. Как и всякое слабое создание, я тоже очень люблю королевские сладости. /архив