— Не твое дело, зачем мне эти миллионы, — отрезала жена. Через час я подал на развод
— Не твое дело, зачем мне эти миллионы, — отрезала жена. Через час я подал на развод Экран планшета загорелся в полной темноте спальни. Оксана забыла его на тумбочке, убежав в душ. Я потянулся, чтобы перевернуть устройство стеклом вниз. Не хотел, чтобы свет резал глаза. Но мой взгляд зацепился за всплывающее уведомление. Ваш перевод выполнен. Зачисление на счет «Копилка-Целевой»: 45 000 руб. Текущий баланс: 2 850 000 руб. Я моргнул. Протер глаза рукой. Цифры на экране не изменились. Два миллиона восемьсот пятьдесят тысяч рублей. Я взял планшет. Палец автоматически ввел пароль — день рождения Оксаны. Я знал его, потому что мы часто смотрели сериалы с этого устройства. Банковское приложение висело в свернутых окнах. Внутри был открыт отдельный сберегательный счет. История пополнений тянулась бесконечной лентой. Каждый месяц туда уходило от сорока до шестидесяти тысяч рублей. Плюс крупные суммы раз в полгода — ровно в те дни, когда я получал годовые премии на объектах. В ванной шумела вода. Я сидел на краю кровати, чувствуя, как немеют пальцы. Два с лишним миллиона. Мы женаты семь лет. Все эти годы я работал прорабом на двух стройках сразу. Я приносил деньги домой и отдавал Оксане. Она вела бюджет. Она говорила, что мы должны экономить. Прошлой зимой я просил выделить деньги на зимнюю резину для моей машины. Она сказала, что мы не потянем, нужно подождать до весны. Я ездил по гололеду на стертых покрышках. Я набрал номер Макса. Сбросил звонок. Было два часа ночи. Вместо этого я быстро пролистал историю переводов за последний год. Деньги уходили с моего зарплатного счета на ее личную карту, а оттуда — в эту скрытую копилку. Она называла это «оплатой коммуналки и закупкой продуктов на месяц». Я никогда не проверял чеки. — Ты слишком ей доверял, идиот, — прошептал я сам себе. Вода в ванной выключилась. Я быстро заблокировал экран, положил планшет точно так, как он лежал, и лег в постель, отвернувшись к стене. Утром на кухне пахло…