НЕ РОДИСЬ КРАСИВОЙ 2 - 87 — 15 июля 2026 г. в 06:00:20.669
НЕ РОДИСЬ КРАСИВОЙ 2 - 87 Начало В комнате сразу стало тесно. Казалось, стены никогда не видели столько людей и столько счастья одновременно. Все заговорили разом. Кто-то снимал пальто, кто-то ставил чайник, кто-то доставал тарелки. Ольга хлопотала у печки и всё время оглядывалась на Лёлю, словно боялась, что она вдруг исчезнет. — Сейчас Митя с работы придёт, — говорила она. — Вот удивится... Пока ждали Дмитрия, Ольга торопливо рассказывала о том, как он приехал после госпиталя, как устроился на завод, как тяжело болел, как дети успели полюбить его. Лёля многое уже знала из писем Полины, но о настойчивости и упрямстве Мити слышала впервые. Когда дверь открылась, она не сразу узнала вошедшего. На пороге стоял высокий худой мужчина с глубоким шрамом на щеке и следами ожогов на лице. Он заметно прихрамывал и тяжело снял шапку. Лёля вдруг ахнула: — Господи... Митька... Он улыбнулся. И сразу стал похож на того самого мальчишку из Верхнего Лога. Глаза остались прежними. Добрыми. Живыми. Митькиными. За столом было шумно, тесно и удивительно тепло. Петя рассказывал обо всём, что произошло за последние годы. Маша тут же перебивала его, спорила, вспоминала какие-то свои подробности, и оба начинали смеяться. Лёля сидела между детьми, всё время гладила их по волосам, целовала то одного, то другого и никак не могла насмотреться на их лица. Иногда она вдруг замолкала и просто смотрела на них, будто боялась, что стоит отвести взгляд — и счастье исчезнет. Неожиданно Петя стал серьёзным. — Мам... Он посмотрел ей прямо в глаза. — А мы домой поедем? Лёля улыбнулась. — Конечно, сынок. Обязательно поедем. И будем ждать папу. Она повернулась к Ольге. — И вы собирайтесь. Ольга растерянно посмотрела на неё. — Куда? — Домой. Она грустно покачала головой. — Лёля... Какой дом? У меня трое детей. Там у меня ничего нет. Ни работы, ни жилья. Лёля сразу перебила её. — Вот именно поэтому мы и поедем вместе. Здесь ты одна, за тысячу километров от своих. Разве так можно? Мы тебя не оставим. Ольга беспомощно развела руками. — Но где мы будем жить? — Найдём. Лёля сказала это так уверенно, будто вопрос уже был решён. — Все вместе не пропадём. Я ведь тоже не знаю, что осталось от нашего дома. Может быть, его уже нет. Немцы не жалели ничего. Но есть деревня. Есть земля. Есть люди. Как-нибудь устроимся. Когда вместе – ничего не страшно. Она перевела взгляд на Дмитрия. — И ты, Митя, тоже поедешь с нами. Он удивлённо поднял голову. — Я? — Конечно. Полина тоже домой вернётся. Все будем вместе. Что-нибудь обязательно придумаем. От этих слов в комнате стало удивительно спокойно. Каждый вдруг почувствовал, что он больше не один. Что рядом есть люди, которые не бросят, не отвернутся, помогут разделить любую беду. Это чувство оказалось сильнее страха. Лёля вдруг упрямо качнула головой. — И мужчины наши найдутся. Они не из тех, кто сдаётся. Они знают, что мы их ждём. Никто не стал спорить. Всем очень хотелось верить именно в это. В тот же вечер решили, что Ольга и Дмитрий завтра подадут заявления об увольнении, а как только смогут освободиться, все вместе отправятся домой. И впервые за долгие годы слово «домой» прозвучало не как несбыточная мечта, а как настоящее, совсем близкое будущее. ** Никольск встретил их непривычной тишиной. Они медленно шли по знакомым улицам и молчали. Многие дома стояли без крыш, чёрные стены смотрели пустыми глазницами, кое-где торчали обгоревшие печные трубы. На мостовой валялись битые кирпичи, искорёженное железо, остатки заборов. Казалось, война только вчера ушла отсюда, оставив после себя боль, пепел и безмолвие. Петя внимательно оглядывался по сторонам. Он не представлял, что город может быть таким. — Мам, а если наш дом тоже разрушили? — тихо спросил он. Лёля крепче сжала его руку. — Сейчас узнаем, сынок. Мальчик немного помолчал, потом снова посмотрел на неё. — А если разрушили... куда мы пойдём? Она улыбнулась, хотя сердце тревожно сжималось. — Найдём, где переночевать. Не переживай. А утром поедем в Верхний Лог. — К бабушке с дедушкой? —