Ещё до того, как стать любимой женой счастливого мужа и мамой детишек, я располагала съ...
Ещё до того, как стать любимой женой счастливого мужа и мамой детишек, я располагала съемной квартирой в ЦАО и пускала в кровать всяких желающих. Желающей в тот вечер оказалась моя университетская подружка Марина. Она внезапно написала, что поссорилась с девочкой, с которой живёт. И всё бы ничего, они бы так и бросали друг другу неодобрительные взгляды в очереди в туалет, но к соседке приехал старший брат. Тогда уровень неодобрения в квартире стал критическим. «Не чувствую себя в безопасности», – жаловалась Марина. А я вам не барахло какое, я вообще-то хорошая преданная подруга, которая не бросит в беде. Поэтому сразу так и ответила: «Да… чё, прям совсем у других никак? А у Нины не можешь? Что, и у Зои тоже? Ну ладно, давай тогда ко мне». Мы переночевали. Марина ещё спала. А мне нужно было на работу пораньше, потому что на 9 утра поставили тренинг. Я тихонько встала, оделась и прокралась на кухню. Насыпала кофе в турку, включила чайник, загрузила хлеб в тостер и ушла на 5 минут в ванную. По плану было так: выхожу я умытая и благоухающая, кофе сварился, кипяток для Маринкиного чая готов, тосты – тоже. Можно будить, завтракать и слушать оды, какая я классная подруга, которая не бросает в беде. Как вы поняли, план пошёл по звезде. Подружку разбудила не я. Это сделали клубы вываливающегося дыма из кухни. Перепуганная Марина подорвалась с постели. Именно в этот момент я, ничего не подозревающая и пока благоухающая, не спеша выходила из ванной. Визг, крик, обсценная лексика, и мы в ужасе бежим открывать кухонную дверь, из-под которой валит дым. Прорвавшись внутрь, я вижу, что эпицентр событий находится в полыхающем тостере. Маленького цербера цвета металлик заклинило, и он продолжает жарить хлеб до состояния аппетитных хрустящих углей🌚 Пока мы воевали с тостером, из турки побежал кофе. Не иначе как спасаться. Лишь кипяток в чайнике одиноко стоял и никого, слава богу, не ошпарил. Квартира, волосы и вся одежда моментально пропахли костром. Мне уже пора было убегать на тренинг, поэтому я только выругалась, переодела свой воняющий дымом костюм на чуть менее вонючий из шкафа и, не помыв дымящуюся голову, ушла. Подружка Марина, ничего не сказав, осталась в афиге проветрить квартиру, а потом тоже уехала на работу. С тех пор Марина больше у меня не ночевала. С тех пор она знала, что значит по-настоящему не чувствовать себя в безопасности.