«Почему ты выбрала его?»: когда взрослые дети спрашивают мать об отце
«Почему ты выбрала его?»: когда взрослые дети спрашивают мать об отце Несколько раз в сессиях я сталкивался с таким запросом. Клиентки приносили свои переживания в контакте с детьми. Взрослыми детьми. Был конфликт. Ну, скорее, они сами не понимали, что это конфликт. Они приносили вину. Кто-то перед сыном, кто-то перед дочерью. Суть заключалась в одном. Взрослые дети задавали вопрос матери: «Почему ты выбрала именно его?» — говоря о своём собственном отце. И клиентки — эти женщины — всегда пытались занять оправдательную позицию. Выйти в виноватость. Объяснить. Не объяснить. Не понимая, как быть. Сегодня я хочу рассмотреть этот феномен. С точки зрения гештальт-подхода. Без оценок. Без советов. Просто — посмотреть. Феномен: вопрос, который болит Ребёнок — даже взрослый — смотрит на мать и спрашивает: «Почему ты выбрала его? Почему ты была с этим человеком? Почему он — мой отец?» И в этом вопросе — боль. Обида. Непонимание. Иногда — претензия. Иногда — желание понять, как устроена жизнь. А мать слышит: «Ты виновата. Ты сделала неправильный выбор. Ты не защитила меня. Ты могла выбрать другого — и у меня была бы другая жизнь». И она начинает оправдываться. Объяснять. Говорить, как было сложно. Как она не знала. Как он казался другим. Как она старалась. И в этом оправдании — она теряет себя. Свои границы. Свою взрослую позицию. И становится виноватой девочкой перед своим ребёнком. А что на самом деле стоит за этим вопросом? Я вижу несколько слоёв. 1. Ребёнок не может выстроить контакт с отцом. И он перекладывает ответственность на мать. Потому что с отцом — сложно. Больно. Невозможно. А с матерью — можно. Она — доступна. Она — терпит. Она — не уйдёт. И ребёнок — даже взрослый — обращается к матери с этим вопросом, потому что с отцом он не может. Он боится. Он обижен. Он не знает, как. 2. Ребёнок ищет опору. Он хочет понять, как устроена жизнь. Он хочет найти объяснение своей боли. Он хочет, чтобы кто-то взял на себя ответственность за то, что случилось. И он выбирает мать. Потому что она — надёжнее. Она — рядом. Она — та, кто не бросит. 3. Ребёнок не отделяет свою жизнь от жизни матери. Он не видит, что у матери — свой путь. Свои выборы. Свои ошибки. Свои желания. Он видит только: «Это моя мать. И она выбрала этого человека. И это повлияло на мою жизнь». И он не понимает, что жизнь матери — это не его жизнь. Что её выборы — это её ответственность. Что он имеет право злиться на отца — и не перекладывать эту злость на мать. Нужно ли матери объяснять? Я думаю, что вопрос не в том, «нужно» или «не нужно». Вопрос в том — из какой позиции. Если мать объясняет из вины — она теряет себя. Она становится ребёнком перед своим ребёнком. Она оправдывается. Она просит прощения за то, что жила свою жизнь. Если мать говорит из взрослой позиции — она может сказать: «Я понимаю твою боль. Я понимаю, что тебе сложно с отцом. Но мой выбор — это мой выбор. Я не могу его изменить. И я не несу ответственности за его поступки. Моя ответственность — за мои отношения с тобой. И я здесь. Я рядом. Я готова говорить с тобой об этом — но не из позиции вины, а из позиции «я — твоя мать, я тебя люблю, и я не обязана оправдываться за свой выбор». Это — граница. И это — контакт. Что делать матери в такой ситуации 1. Вернуть себе взрослую позицию. «Я — твоя мать. Я не прошу у тебя прощения за свою жизнь. Я принимаю твои чувства. Но я не беру на себя ответственность за то, что произошло между тобой и отцом». 2. Не брать на себя чужую ответственность. Ребёнок не может выстроить контакт с отцом — это его путь. Его выбор. Его боль. Мать может быть рядом, но не может прожить это за него. 3. Разделять: я — это я, ребёнок — это ребёнок, отец — это отец. Это три отдельные сущности. У каждого — своя жизнь. Свои чувства. Свои ошибки. 4. Говорить о своих чувствах, а не о фактах.