МИ

Меринда Иван

Здоровье · 12 марта 2026 г.

Открыть канал в MAX

Севастополь встретил, а в памяти — ночной кошмар: заметки с родины

Севастополь встретил, а в памяти — ночной кошмар: заметки с родины Я приехал. Севастополь встретил тем самым воздухом, который не спутаешь ни с чем. Запах моря, южных улиц, детства. Родные лица — мама, отчим, бабуля, дедушка. Тепло окутало в мгновение ока. Казалось бы, вот оно — счастье, ради которого я ехал. Но самое удивительное: я доехал так, как планировал, но не совсем так, как ожидал. Ночь, которая запомнится Где-то глубокой ночью, когда поезд мерно стучал колёсами, случилось то, что выдернуло меня из дрёмы и заставило сердце колотиться где-то в горле. У одного из пассажиров случился психоз. Парень — участник специальной военной операции. Я не психиатр, я не ставлю диагнозы, не в моей власти навешивать ярлыки. Но то, что происходило в вагоне, иначе чем ужасом не назовёшь. Крики. Просьбы о помощи. Такие голоса, от которых внутри всё переворачивается. В них было столько боли, столько страха, столько отчаяния, что это заражало воздух вокруг. Я сидел на своей полке и чувствовал целую гамму: сострадание — до слёз, страх — до дрожи, ужас — от бессилия, и даже злость — потому что не знаешь, куда эту злость деть, на кого, за что. Уснул я поздно и тревожно. Сон был рваным, чутким, как будто всё ещё ждал нового крика. Утро, которое всё переключило А утром я вышел на перрон в Севастополе. И родной город сделал то, что умеет только он: он переключил моё внимание. Мгновенно. Без остатка. Солнце, море, знакомые улицы, родные глаза. Мама обняла так, как умеет только мама — будто забирает всю ночную тяжесть себе. Бабуля всплеснула руками. Дедушка улыбнулся своей редкой тёплой улыбкой. И я выдохнул. День, летящий со скоростью света Сейчас я делаю свои дела, но между ними — жадно, по-хозяйски — хватаю всё, что даёт мне этот день. Воздух — пью его, как будто всю зиму не дышал. Внимание родных — ловлю каждое слово, каждый взгляд. Заботу — позволяю себе быть просто сыном, внуком, тем, о ком заботятся, а не тем, кто заботится всегда сам. А ещё — телефон. Анюта пишет, присылает видео. Назар строит для Владика халабуду из подушек. Самую настоящую — с крышей, со входом, с тайным миром внутри. А Владик, малыш, пытается туда залезть, путается в подушках, и они оба заливисто смеются. Я смотрю эти видео и чувствую, как сердце разрывается на две половины. Одна здесь, в Севастополе, с родителями. Другая — там, в Ростове, с ними. Время летит. Быстро. Слишком быстро. Я чувствую, как оно ускользает, и пытаюсь ухватить его, растянуть, остановить. Но оно не останавливается. Оно просто есть. И я просто есть в нём. Сегодня так, а завтра — снова в путь Самое интересное (и немного странное) — сегодняшняя ночь снова пройдёт в поезде. Завтра я уже буду дома. Этот круг замкнётся. Но пока я здесь — я не хочу думать о завтра. Я хочу быть в этом дне. В этом солнце. В этих объятиях. В этом воздухе. Так что всё, хватит писать. Пора наслаждаться. P.S. А та ночная история... она останется со мной. Не как травма, а как напоминание. О том, как хрупок наш внутренний мир. О том, что специальная военная операция не заканчивается, когда человек возвращается домой. О том, что рядом с нами могут быть люди, чья боль невидима, но от этого не менее реальна. Если вы читаете это и знаете таких людей — будьте рядом. Или хотя бы просто знайте, что они есть. И что им может быть очень страшно внутри. #севастополь #возвращение #родные #поезд #птср #сво #человечность #рядом #гештальтподход #личное #день #ночь #путьдомой #братья #халабуда