в горячим воздухом, как самовар, ЗИЛ остановился на остановке.
в горячим воздухом, как самовар, ЗИЛ остановился на остановке. - Беликов? – крикнул весело водитель в открытое окно. - Я! - Запрыгивай! Чё не предупредил, что с женой, у нас там не прибрано, - загоготал он, мужики в будке тоже раскатисто рассеялись, кто-то что-то ещё выкрикнул в единственное открытое окошко сверху. Олю посадили в кабину, Митю с рюкзаками и сумками в будку к мужикам в робе. Оля едва сдерживала слёзы, трясясь по просёлочной дороге в никуда. Водитель, нахальный, хитрый мужик постоянно курил папиросы, погладывал на симпатичную девушку, облизывал сухие губы. У неё такой вид: страшно, что-то спросить – расплачется, не дай бог рожать начнёт прямо в машине. - Ну вот, почти приехали! – радостно хлопнул водитель по баранке, подъезжая к высокому холму, пепел с папиросы у него в зубах упал ему на брюки. - Куда? – в панике подумала Оля. - здесь ничего нет. Никакого присутствия человека, только эта будка с рабочими. - Муж? - подмигнул ей водитель и кивком показал назад на будку. Оля судорожно кивнула в ответ. - Ну что же, вам у нас понравится, - хохотнул он и опять достал папиросу. Машину ещё немного потрясло по извилистой грунтовой дороге, но вскоре они выехали из-за холма. Перед ними раскинулся равнина, ровная, прямоугольная, похожая на поднос для посуды. Приличный посёлок, разрезанный пополам железнодорожной насыпью. Дома все одинаковые из белого кирпича, с серыми крышами, крытыми шифером. Оля выдохнула – не всё так страшно. - У нас в основном молодёжь – приезжие. Есть ещё пустые дома, во-о-он там, - указал он пальцем в самую середину посёлка, - наша станция. Там школа и сад, это пока одно здание, но детей уже много начли строить другой детский сад. А пока в старшую школу детвора едут в город электричкой. Остальное вам муж покажет, как разместитесь. Мы все тут живём, а в город едем на работу. Вот, - хлопнул он по рулю, - эти недели работаем здесь на участке! Куда мне только не приходится возить ребят, – указал он большим пальцем назад в будку. - А вы кем работали? - Я в ДК, - скромно ответила Оля. - Это хорошо! Клуб у нас тоже имеется. Небольшой, конечно, но детвора не шатается по улице после школы. Вот и приехали, - он остановился у дома без забора, всё вокруг засыпано гравием, как будто строительство окончили только вчера. Дома здесь все одинаковые, жилые отличаются наличием штакетника - чётким разделением границы между соседями. Кое-где трепыхалось бельё на верёвках. Оля посматривала в боковое зеркало на Митю, он лихо спрыгнул со ступеньки и снимал сумки и рюкзаки на землю. Он уже успел со всеми познакомиться, судя по выражению его лица. О ней вспомнил, подошёл, открыл кабину, подал руку и помог выбраться, бережно без резких движений. - До завтра, ребят! – махнул он рукой водителю и снова взвалил на себя сумки и рюкзаки. ЗИЛ поехал обратно из посёлка. - Оль, ты посиди здесь, - усаживал он её на сумки перед бетонным крылечком в две высокие ступеньки, дом давал хорошую тень в этом месте, поэтому Мите было спокойно за неё. – Мне надо отметиться, ключи взять. - Ты... завтра на работу собрался? – спросила Оля, вспомнив, как тепло он простился с курящим водителем. - Да, а что такого? – удивился Митя, я должен сразу приступить. - То есть ты будешь с ними, - показала она на дорогу, имея в виду рабочих в будке грузовика, - а я тут одна?! - Оль, тебе будет чем заняться, видишь, какой большой дом? К тому же тебе скоро рожать. - Куда ты меня привёз? – капризничала она, - зачем я тебя только послушала? Что это за оазис в пустыне? Здесь, наверное, и доктора никакого нет. - Я тебя не заставлял! Предложил раз, у тебя было много времени подумать, - насупившись сказал он. Но тут же смягчился и присел перед ней на корточки. – Не переживай, Оля. Место незнакомое для нас - новое, ты перенервничала в поезде. Всё будет хорошо, вот увидишь, - гладил он её по руке. Быстро поднялся и убежал куда-то, размахивая своими длинными руками и ногами. Оля поднялась, пошла за дом, осмотрелась: два одинаковых сарайчика и пустырь, можно огород распахать.