9 жизней ...
9 жизней чать 19 Обычный дом, мебель почти такая же, как у Оли дома, только лучше – новая, словно только что из магазина. Пахнет деревянной стружкой в большой комнате. Диван и кресла одинаковые, в тон стенке, белый тюль, тяжёлые плюшевые занавески оранжевого цвета, палас на полу, тоже в бежево-коричневых тонах. В шкафах вместо посуды книги - толстенные тома. В дальнем шкафчике со стеклянными дверцами немного фарфора, старинный весь, не модный. Оля осмотрелась, потрогала обои на стене – и как им удалось такие достать в нашем захолустье? - подумала она. Нет в доме деревянного креста среди комнаты, не пахнет ладаном, вообще ни одной иконы. Разные книги, журналы, газета на кресле лежит. Куда это хозяйка запропастилась? – думала Оля, - и почему так тихо в доме. Хозяйка вернулась минут через пять, неся на животе небольшой поднос с двумя чашками чая. Поднос! Здесь… в посёлке! 1920 км… Оля удивлённо посмотрела чай, женщина поставила поднос прямо на диван и присела рядом. - Что-то я детей не вижу. Наташа здесь? – начинала злиться Оля. - Ольга, вы не волнуйтесь, у нас не кусают и в жертву детей не приносят, - приветливо улыбалась хозяюшка и села поудобнее. Сейчас она выглядела как обычная женщина, глаза вполне нормальные, не под гипнозом, Всевышнего при каждом слове не упоминает. Гостье даже неловко стало, что она о ней так отзывалась. – Меня Настей зовут, - устало улыбнулась она отёчным лицом. - Ну, раз Наташи нет, я пойду, - хлопнула себя по коленкам Оля, поправила платье и поднялась с дивана, - и так засиделась у вас. - Не торопитесь, выпейте чаю, посидите в холодке, на улице такая жара, солнце здесь невыносимое! – страдальчески посмотрела на окно Анастасия. – Я знаю, вы запрещаете дочери к нам ходить… - Во-первых, она убегает без разрешения и не следит за временем! А во-вторых, вы уж извините за прямоту, - Оля приложила руку к груди, и чуть наклонилась, - но люди вы странные. От всех держитесь отдельно, дети своей стайкой ходят! В коллектив никакой не стремитесь, работаете тоже особняком. - Ну что вы? - опять усмехнулась Настя, взяла чашку с чаем с подноса, стояла ещё небольшая вазочка с несколькими домашними печенюшками, - калитка и двери нашего дома открыты каждому… - А, ну да, чтобы окрестить или в свою веру обращать, - сморозила Оля, - слышала, слышала. - Вы меня всё время перебиваете, – очень мягко говорила Настя, — вот сейчас я вас... приучаю к Богу? Травами окуриваю, святой водой окропляю? Мы обычные люди! – она обвела рукой комнату, - Создателю доверяем чуть больше, чем другие, живём по своим канонам, никого крестами не закидываем. Вы угощайтесь, - хрустнула она печенькой, - дочка моя испекла сегодня утром. Они, кстати, в магазин ушли с полным списком, мне уже трудно носить сумки тяжёлые, а их много, справляются. Много детей в семье — это самое большое богатство на свете. У нас даже икон нет, мы не молимся на картинки, дух ЕГО среди нас, - снова обвела комнату, на этот раз взглядом Анастасия. – А то, что в коллектив не стремимся, так это понятно: сплетни, разговоры среди людей разные - всё от незнания. Думаете, мы не знаем, как нас называют в посёлке? – улыбнулась Настя, зубы желтоватые, на передних двух тёмные пятна есть, вообще удивительно, что они целые – столько детей. – Сектанты – староверы, кажется, вы нам и дали такое прозвище, - смотрела она на Олю просветлённо. - Я?! – попятилась гостья, ощущая, что краснеет до самых ушей. — Это вам Наташа сказала? Она фантазёрка у нас отменная. - Нет, я же говорю… сплетни. А ребёнок у вас чистый, дурным словом не испачкан. Оля присела обратно на диван и завязался между ними разговор. Анастасия рассказала откуда они и почему приехали именно сюда. - С родителями моими жили после свадьбы, но после третьег