называла, я помню, – интересовался Толик действительно странным названием супа.
называла, я помню, – интересовался Толик действительно странным названием супа. При упоминании Вити у Алевтины выкатилась слеза, не было уж парня в живых полгода как, но мальчишке женщина ответила так: -Анатолий! Суп этот мы варим по-разгильдяйски! Потому он и назван так, а не как иначе. -Как это, по-разгильдяйски? – не понял мальчишка. -Ну как же? Кто ж кладёт в суп все подряд: и пшено, и перловку? Да ещё и обойным клейстером приправляет? А если повезёт, то и пару ложек тушёнки! – Алевтина погладила мальчишку по головке, достала из кармана совсем малюсенький кусочек сахару, отщипнула от него осколочек и сунула сразу в рот, чтобы при передаче из рук в руки не потерять ни одной крупицы. -Толя, иди погляди, наколупала баба Валя клея-то? А то мне «разгильдяя» заправлять пора. А потом и вовсе всех осиротевших к себе в комнату забрали. Все вместе жить стали. Теплее, и не так страшно детям. Прижмутся все друг к дружке, а баба Валя сказку на ночь расскажет. Из своей книжки. Сказки она писала. Книжка та недописанная давно на растопку пошла. Но все свои сказки Валентина хорошо помнила. Да ещё и новых насочиняла. Дети без ее историй не укладывались и все время просили: -Баба Валя, сегодня про Красавицу из Снежных гор расскажешь? -Расскажу, – и Валя начинала свой рассказ. И обязанности у всех детей имелись, баба Аля строго следила, чтобы все при деле были. Толик печку топил, Вася дрова собирал и на растопку готовил, девочки за водой ходили, карточки отоваривали, суп помогали варить. И песни пели. Женя запевалой была. Можешь-не можешь, а подпевай. Каждое утро пели. А однажды Алевтина девочку с улицы принесла. Совсем плохо ей было, почти умерла она уже. Выходили. А потом ещё одного мальчика привела Валя. А потом ещё и ещё... К концу блокады в комнате сестёр было двенадцать детишек. Выжили все. Как? Чудо какое-то, наверное. А суп тот еще и после войны варили. Разгильдяй. Выросли детишки. Разлетелись, кто куда. Но про бабу Алю и бабу Валю никогда не забывали. Они так и жили в той коммуналке. Навещали их дети часто. Помогали. Каждая из старушек почти до ста лет дожила. И книжку со сказками издали. И много ещё потом баба Валя рассказов написала. Про всех своих внучат написала. И название у книги что надо было – «Моя родная коммуналка». А раз в год 9 мая обязательно все вместе собирались у Али и Вали, пока живы они были. Своей большой дружной семьей собирались. И семья эта росла с каждым годом. Уж и правнуки рождаться стали. И знаете, какое главное блюдо было на столе? Правильно думаете! Суп «разгильдяй». Ничего не было вкуснее того блокадного супа. Приправленный добром и силой духа он сохранил детские жизни и юные души. Taтьянa Aлимoвa