У испанцев есть выражение «vale un Potosí» – «стоит целого Потоси», и говорят так с XVI...
У испанцев есть выражение «vale un Potosí» – «стоит целого Потоси», и говорят так с XVI века про что-нибудь баснословно дорогое, вроде нашего «стоит как крыло от самолёта», только более красиво и с историей. А человек, которому эта самая гора Потоси принадлежала вместе со всем её серебром, за свою жизнь четырежды не смог расплатиться по счетам – 1557, 1560, 1575 и 1596 годы, – и это при том, что серебро всё это время шло из Америки исправно и в количествах, от которых у современников кружилась голова. Устроено там всё было так, что кассовый разрыв получался буквально по расписанию, потому что серебро приходило флотами, то есть редко, огромными партиями и когда доплывёт, а армия во Фландрии, наёмники, гарнизоны и собственный флот хотели денег каждый месяц, то есть жили по календарю, о котором Атлантический океан ни малейшего представления не имел и не собирался. Дыру между двумя календарями закрывали банкиры, сначала немецкие, потом генуэзские, и инструмент у них назывался asiento – короткий и очень дорогой заём, который корона брала под серебро, болтавшееся в момент подписания где-то посреди океана, то есть занимали, строго говоря, под груз, которого ещё нет, а пару раз и не случилось вовсе, потому что флот – он такой, он и утонуть может. Пока корабли приходили по расписанию, вся конструкция выглядела как изящная финансовая инженерия, а когда перед 1560, 1575 и 1596 годами поступления просели, выяснилось, что у самой богатой короны Европы нет денег – не вообще нет, а нет вот сегодня, к сроку платежа, что с точки зрения кредитора ровно одно и то же. Больше всего меня в этой истории умиляют, конечно, банкиры, которых прокатили четыре раза подряд и которые каждый раз возвращались с новым контрактом, потому что серебро-то было, гора стояла на месте, вопрос был исключительно в датах, а на датах приличные люди как раз и зарабатывают )) А вот дальше уже не смешно, потому что после остановки платежей 1575 года испанским солдатам во Фландрии перестали платить, и перестали месяцами, так что в ноябре 1576-го терции взбунтовались и три дня грабили Антверпен, один из богатейших городов Европы и, между прочим, свой собственный, а погибло там около семи тысяч человек. Так кассовый разрыв и выглядит, если довести его до конца: сначала ты не платишь банкиру, потом перестаёшь платить своим, а потом свои приходят и берут сами. Эту конструкцию я узнаю мгновенно, только без океана, без терций и без генуэзцев: клиент крупный, надёжный, обязательно заплатит, просто в марте, а аренда, налоги и подрядчики про март ничего не знают и знать не хотят, поэтому человек идёт занимать, чтобы дожить до марта, и с этой минуты он уже не бизнес, а Филипп II в миниатюре, только у Филиппа за спиной стояла гора серебра, а тут обеспечением работает честное слово клиента. Кстати, о горе. Её никто не срыл и не забросил, Серро-Рико над Потоси стоит до сих пор, только за столетия выработок потеряла, по оценкам, около четырёхсот метров высоты и медленно проседает внутрь себя, так что в кратер на вершине заливали бетон, чтобы остановить провал, в 2013-м работы свернули из-за новых обвалов, в 2014-м ЮНЕСКО внесла Потоси в список объектов под угрозой, а внутри при этом по-прежнему работают около десяти тысяч человек и добывают уже не серебро, а цинк, свинец и олово. Приседает пятое столетие подряд – всем бы такие колени.