Когда защита превращается в крик. Почему психологов ненавидят те, кто кричит: «Отстаньт...
Когда защита превращается в крик. Почему психологов ненавидят те, кто кричит: «Отстаньте от матерей». Многие слышали такое: женщина в возрасте, часто принадлежащая к поколению 60–70-х, кричит в комментариях под статьёй о токсичных матерях: «Хватит писать о мамах-палачах!», «Психологи — шарлатаны, обманщики людей!». Почему именно они — и что за этим стоит? В странах бывшего СССР форма семьи и роли матери-отца формировались в режиме жёсткой социализации: родитель был не партнёр, а носитель обязанностей и контроля. Исследование показало, что в пост-советских странах стиль «авторитарного воспитания» с высокой долей контроля и низкой автономии ребёнка — распространён. Когда взрослый человек, социализированный в такой системе, вынужден увидеть, что родитель не был идеален, это ставит под вопрос его идентичность и прежние ориентиры. В российской выборке описано: «родители манипулируют эмоционально, ограничивают автономию ребёнка» — и такие стилевые установки связаны с внутренними и внешними проблемами ребёнка. Таким образом: высокая доля контроля и низкая автономия, а также стигма психологии создают горячий коктейль, когда кто-то поднимает тему «токсичная мать». Почему этот крик — на самом деле страх, а не оправданная критика? Во-первых - это прямая угроза идентичности. Если ребёнок считал, что мама была всегда права, признание обратного — это удар по самому себе: «Если мама не права — значит я был не в безопасности». Во-вторых - когнитивный диссонанс. «Я любил маму / должна любить маму» против «мама делала больно». Чтобы не испытывать боли, психика выбирает агрессию к «тому, кто это сказал» — психологу/исследователю. Далее - системная оправдательность. Жизнь была устроена так: контроль, сила, вынужденный порядок. Признать, что «это было токсично» — значит бросить якорь собственной системы. Конечно же отрицание помощи. Исследования показывают: стигма к психическому здоровью и помощь снижает вероятность обращения за поддержкой. И конечно же эмоциональная зависимость и защита маски. Нарушение семейного сценария (токсичность матери) — угроза не только родителю, но и роли «сын/дочь, который всё правильное делает». А роли защищаются часто агрессией. Когда кто-то говорит «Отстаньте от мамы», это не просто защита мамы — это защита мира, в котором ребёнок выжил. Психолог не нападает на материнство, он предлагает рассмотреть опыт: «Как это было? Что я ощущал(а)? Что я выбираю сейчас?» Противостояние возникает не из факта «токсичной мамы», а из конфликта: старая система против новой возможности выбора. Те, кто громко кричат «психологи — шарлатаны», часто защищают не родителя, а себя — своё право на безопасность и порядок. Но этот порядок был построен на молчании, контроле и подчинении. В работе с такими клиентами важно не просто доказать истину, а дать им возможность сказать свою. Потому что когда человек может выразить себя — террор не нужен. И тогда и психолог перестаёт быть врагом. Да, они кричат. Да, их раздражает психолог, который говорит про границы, потому что в их мире границы — это угроза любви. Но за каждым криком есть тоска по нормальной близости, которой у них не было. Эти женщины не зло — они поколение, которому никто не объяснил, что можно быть уставшей, злой, обиженной, но всё равно — живой. Когда они кричат «отстаньте от мам!», они на самом деле просят: «скажите, что нас тоже можно понять, даже если мы делали больно . И вот в этом понимании и есть терапия: не в обвинении, а в диалоге поколений, где дети перестают быть жертвами, а матери — палачами. Где каждый начинает говорить от своего имени. Исцеление — не в том, чтобы судить, а в том, чтобы впервые понять, что боль — это просто усталая любовь, у которой не было языка. Когда ребёнок перестаёт кричать «ты виновата», а мать перестаёт защищаться, — в их тишине рождается новая история семьи. Так работает качественная сепарация. Психолог Шамиль Фаталиев Нина Ливенцова: эфиры, вебинары, курсы