Чем он лучше 😡 — Ты опять не сделал, что я просила, — Арина не подняла глаз от кастрюл... — 16 сентября 2026 г. в 14:15:15.381
Чем он лучше 😡 — Ты опять не сделал, что я просила, — Арина не подняла глаз от кастрюли, голос вышел ровным, почти безэмоциональным, оттого прозвучал ещё тяжелее. — Полка до сих пор стоит в углу. А тебе плевать. Как будто это вообще не важно. Костя замер в проёме, куртку так и не снял. — Опять ты с этой полкой, — он поморщился, будто от неприятного запаха. — Я работаю. Устал, как собака. А тут ещё эта полка. — Ты обещал, — Арина щёлкнула крышкой, закрыла кастрюлю. Звук получился резким, как хлопок. — Обещал: «Завтра». Потом: «На выходных». А потом просто перестал об этом говорить. Будто если не произносить — проблема исчезнет. И полка повеситься как-то сама. — Ну прости, что не повесил! Пре.ступление века, блин! — Костя шагнул вперёд, потом будто сам себя осадил, сбавил тон. — Просто хочется, чтобы дома было… теплее. Чтобы чувствовалось, что меня ждут. А то прихожу, а тут снежная королева с ледяным сердцем. - пытался он перевести все в шутку... Арина повернулась к нему. В глазах не было злости — только усталость, тяжёлая, въевшаяся. — А я жду тебя, Костя. Каждый день. Разве незаметно? Я прихожу, делаю всё, что нужно. Готовлю еду, убираю в квартире, глажу твои вещи. А ты приходишь и говоришь: «Хотелось бы чтобы дома было теплее». А я тебе не печка, ясно? Он провёл ладонью по столешнице, будто проверял, чистая ли. — Ты сейчас злишься, да? — Я не злюсь. Я устала. И мне обидно. Потому что ты говоришь про тепло, а сам даже не замечаешь, что я вообще есть. Что я тут стою, живу Что у меня день был такой, что сил хватило только суп разогреть. Не на паэлью или жаркое. Костя нахмурился. — Что ты имеешь в виду? Арина поставила перед ним тарелку. Суп пах привычно, но сейчас этот запах казался ей каким-то… неестественным. — То и имею. Ты просишь тепла, будто это отдельная штука, которую можно положить в тарелку. А тепло — это когда ты вешаешь полку. Когда ты видишь, что я устала. Когда не ждёшь, что я всё сделаю, а потом ещё и улыбаться буду. Он резко отодвинул тарелку. — Знаешь, а есть как-то расхотелось. Арина, а наступит когда-нибудь время, когда ты перестанешь меня пилить? Выносить мне мозг из-за дол.баной полки, а? И я приду домой, а на столе не вчерашний суп, а нормальная, свежая еда? Разве это так сложно? Ты же женщина, у вас должно быть в крови вот это все - уют, пирожки, салфеточки... Или ты не такая у нас? А, ты особенная у нас, я понял... Арина не стала спорить. Взяла тарелку, вылила остатки в унитаз, а тарелку поставила в посудомойку. Движения были ровные, механические. Внутри всё дрожало, но руки не тряслись. — Ладно. Расхотелось — не ешь. Костя встал, прошёл в комнату, хлопнул дверью. На этот раз громче, чем обычно... Арина постояла минуту, глядя на закрытую дверь. Потом достала телефон. Пальцы сами набрали сообщение: «Лен, ты дома? Можно я зайду? Просто посидеть. Просто поболтать». Лена ответила почти сразу: «Конечно. Ставлю чайник». Арина накинула куртку. В прихожей задержалась, посмотрела на дверь комнаты, где сидел Костя. Хотела что-то сказать — но не нашла слов. Да и не хотелось...