Людочка - 7 — Ну-ну, подробнее! — это было давней мечтой Гордея после отъезда сына. П...
Людочка - 7 — Ну-ну, подробнее! — это было давней мечтой Гордея после отъезда сына. Переехать в просторный частный дом, чтобы можно было плевать на соседей, которые слишком часто жаловались на шум из их квартиры. — Есть вариант, — кивнула тёща. — Только надо по-быстрому, вчера ещё двое приходили дом смотреть. А там есть на что полюбоваться, одна баня чего стоит. При слове «баня» Гордей радостно подпрыгнул. — Всегда мечтал попариться в баньке, — заулыбался он. — Ну, адресок-то есть? — А то, — тёща вынула потрёпанную записную книжку, с которой никогда не расставалась, и показала Гордею. — Пять кварталов отсюда будет, так что Люська может в другую школу не переводиться. — Да ну, — махнул рукой Гордей, — зачем переводить. Хватит, напрыгались. Ой, сколько проблем с этими детьми, спасу нет. Вырастишь, а от них никакой благодарности. У неё же друзья здесь появились, а то раньше вообще ни с кем не водилась. Пока они обсуждали, когда лучше пойти посмотреть дом, Зина отвела Люду в комнату и устроилась на краю кровати, включив настольную лампу. — Мам, свет выключи, — вяло попросила Люда, укладываясь в постель. Она с трудом ворочала языком, её веки слипались. — Иди спать. Зина усмехнулась: — Никуда не пойду, мне и здесь хорошо. А ты спи, не обращай на меня внимания. — Пожалуйста, мама…— голос Люды дрогнул, — я хочу спать. — Нечего было напиваться. Слова матери стали для Людмилы полной неожиданностью. Девочка внезапно вскочила с постели, как ошпаренная, и уставилась на Зину изумлёнными глазами. Мать, прищурившись, фыркнула: — Чего вылупилась? Обрадовалась, что можно налакаться на халяву? — Вы же сами меня заставляли, — возмущенно проговорила Люда. От обиды на глазах выступили слёзы. — Ой, вот только не надо мне тут лужи разводить, — ухмыльнулась Зинаида. Потом широко улыбнулась: — Да шучу я, шучу, дурочка маленькая. Наоборот, я рада, что ты мою маму уважила. Сразу видно, что становишься взрослой. Ладно, пошла я. Смотри, чтобы в школе всё нормально было, поняла? — Да…— прошептала Люда. Усталость накрыла её снова, и девочка провалилась в тяжёлый, неприятный сон сразу же, как только мать, выключив свет, вышла из комнаты. Однако толком выспаться не удалось. Гордей полночи сидел с тёщей в кухне, отмечая её день рождения. Он сходил в круглосуточный магазин и принёс новую порцию алкоголя, которую они приговорили втроём до утра. Громкие шаги, постоянное хлопание дверями не дали полностью погрузиться в крепкий сон. Зина гремела кастрюлями, пытаясь приготовить обед заранее. Из рук всё валилось, и соседи, возмущаясь, постукивали по батареям. А потом и вовсе звонили в дверь. Но для выпившей компании никого не существовало вокруг. Они разговаривали, прикрыв дверь кухни, смеялись и иногда хлопали в ладоши, одобрив очередной дурацкий анекдот, рассказанный Гордеем. Гордей громко хохотал, ударяя ладонью по столешнице, а тёща вторила ему каркающим старческим смехом. Зина уже вовсю храпела от выпитого спиртного, подперев подбородок кулаком. Время от времени она открывала глаза, окидывала мутным взором мужа и мать и снова засыпала. На уговоры Гордея не мучиться и пойти лечь вяло отмахнулась и ответила отборным матом. Под утро Люда прошмыгнула на кухню, чтобы попить воды, и наткнулась на бабушку, которая с задумчивым видом протяжно пела «Во саду ли, в огороде…» и утиралась несвежим платком. Увидев внучку, женщина перестала петь: — Чего не спишь? — Мне в школу нужно собираться, — ответила спросонья Люда. Бабуля рассмеялась: — Какая школа на майские праздники? Или до сих пор не оклемалась? — Ой, точно, — зевнула Люда и, ссутулившись, направилась в свою комнату. Совсем забыла про майские праздники. Было бы неплохо прогуляться с подругами. Всё-таки здорово, что ей удалось оказаться с ними в одном классе, девчонки понимали друг друга с полуслова. Рита была смешливой, а Ника казалась самим воплощением серьёзности. Но это была всего лишь видимость. Вероника заразительно смеялась. А ещё Люде нравилось в ней то, что она никогда не спешила кого-либо осуждать. Име