Полынь - 3, глава 12 Дорога до Сосновки заняла у Полины и Тимура больше времени, чем ...
Полынь - 3, глава 12 Дорога до Сосновки заняла у Полины и Тимура больше времени, чем обычно. Наступившая календарная осень всё ещё не могла расстаться с летом, и Полина, смотревшая в окно на слегка пожухлую траву и только-только начавшие желтеть листья, вдруг подумала, что не может представить себе слякоть, промозглый холод и липкую грязь настоящих осенних дней. - Ты думаешь о нём? - спросил её Тимур. - О ком? - не повернулась она к нему. - О Стасе. Полина помолчала, потом сказала: - Думаю. Разве я могу не думать о нём? - Я тоже думаю, - признался Тимур. - И знаешь, что странно? Когда-то мы с ним были врагами, а теперь я близок с вами, его семьёй, и переживаю за него самого, как будто он мне брат. - Когда он вернётся? - посмотрела на Тимура Полина. - Не думаю, что скоро, - покачал он головой. - Сейчас у него только два выхода: либо сдаться и получить срок, либо скрываться всю жизнь. И, если честно, я бы выбрал первое. Жизнь в бегах - это не жизнь. Без документов, без дома, без семьи, не поесть нормально, не поспать, вечно ждать, что сейчас тебя схватят, прятаться от охотников, как дикий зверь. Нет, такого не пожелаешь и врагу. Полина снова отвернулась и стала смотреть в окно. За окном тянулось поле, сразу за ним виднелся сосновый бор и безрадостное серое небо без туч. Она вспомнила, как Стас держал её за руку в роддоме, как принимал сыновей, с какой нежностью возился с ними... На её ресницах задрожали слёзы, и она торопливо смахнула их. - Как ты собираешься управляться с хозяйством? - после некоторого молчания снова заговорил Тимур. - Оно ведь большое. Есть работники, им платить надо, следить за всем, а у тебя дети малые. Не разорвёшься. - Я что-нибудь придумаю, - сказала Полина. - Попытаюсь разобраться во всём. - Хочешь, я помогу? Полина с удивлением посмотрела на Тимура: - Не надо, сначала я сама. А если у меня ничего не будет получаться, тогда попрошу тебя. Но всё равно спасибо. - Не за что, - пожал плечами Тимур. Теперь они замолчали надолго, но уже перед самой Сосновкой Тимур не выдержал: - А что у тебя с этим Михаилом? Полина удивлённо посмотрела на него: - Что? - С Михаилом, - повторил Тимур. - Что у тебя с ним? - Что у меня может быть с ним? - Полина не скрывала своей досады. - Тимур, ты сошёл с ума! Я замужем за Стасом, у Михаила тоже семья. И вообще, он друг моего мужа. Ну ты подумай сам, о чём ты говоришь? - Я видел, как он на тебя смотрит. - Тебе показалось. - Полина. - Тебе показалось, - повторила она и снова отвернулась к окну. А ещё через десять минут она вместе с Ульяной Васильевной, Митей и близнецами вошла в детскую комнату, уложила малышей в кроватки и наконец-то выдохнула: - Ну вот мы и дома... Торопливо пообедав, Тимур, больше не задерживаясь, простился со всеми и уехал в город. Но Полина, вышедшая проводить его, ещё долго стояла у калитки, глядя ему вслед и думая над словами, которые он сказал. - Стас, возвращайся скорее, - тихонько попросила она. - Мне так тебя не хватает... *** На следующий день, хорошенько всё обдумав, Полина отправилась к Николаю и Вере. - Здравствуй, Полина, - сухо поприветствовала её Вера, встретив у калитки. - Смотрю, ты уже дома. Я рада, что нашлись твои дети. Надеюсь, теперь у вас всё будет хорошо. - Спасибо, Вера, - кивнула Полина. - Вы как поживаете? Вера в ответ поджала губы: - Плохо. Пока был жив Егорович, тут везде порядок был, и платил он хорошо, и Николай при деле находился. А теперь из-за ваших проблем нам хоть снова в город беги. Денег нет, а у Коли здоровье из-за вас сильно пошатнулась. Всё, что накопить смогли, ему же на лекарства да на лечение ушло. Полина нахмурилась: - Подожди, Вера, насколько я знаю, лечение Николая оплатил Стас: и лекарства, и палату отдельную, и сиделку, которая не отходила от него. - Ну да, - спохватилась Вера. - Так этого же мало. Дома мне тоже его лечить пришлось... На крыльцо вышел Николай: - С кем это ты там, Вера? А, Полина! Проходи! Вера, что ж ты её за калиткой держишь? Слышал, слышал про твоих деток. Вот радость-то... - Тебе-то какая