лой. — 7 сентября 2026 г. в 04:34:20.079
лой. К вечеру Вика совсем выбилась из сил. Ноги гудели, кашель усилился, и она чувствовала, что температура поднимается. Она присела на лавочку рядом с продуктовым магазином, достала из кармана последний бутерброд, который купила утром на завтрак, и заставила себя съесть его, хотя кусок не лез в горло. «Я не сдамся, – повторяла она про себя. – Я не сдамся. Я должна выжить. Ради себя. Ради мамы. Ради… ради него…» Она запретила себе думать о Ярике, потому что от этих мыслей становилось невыносимо больно. Она развернула газету на последней странице и увидела объявление, обведённое в рамку: «В гостиницу «Империал» требуется разнорабочая. Без опыта. Обучение на месте. Зарплата по результатам собеседования. Обращаться по адресу: улица Ленина, 25». Вика перечитала объявление три раза, будто боялась, что оно исчезнет. Гостиница «Империал» – она знала это место. Небольшая, но приличная гостиница в центре города. Туда приезжали командированные, мелкие бизнесмены, иногда туристы. «Это шанс», – подумала она, с трудом поднялась, пригладила растрёпанные волосы и направилась по указанному адресу. В гостинице её встретила женщина лет пятидесяти, с усталым лицом и острым взглядом – администратор. Она окинула Вику взглядом с головы до ног и спросила: – По объявлению? – Да, – ответила Вика, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. – Опыт есть? – Нет. Но я быстро учусь. И мне очень нужна работа. Женщина вздохнула: – Работа тяжёлая. Также ты будешь убирать номера, менять бельё, мыть полы. На ногах целый день. Справишься? – Справлюсь, – твёрдо сказала Вика. Администратор посмотрела на неё долгим взглядом, заметила бледность, круги под глазами, с трудом скрываемую дрожь в руках. – Ты больна? – спросила она прямо. – Просто простуда. И кашель остаточный. Я не заразная, – быстро ответила Вика. – И я буду работать. Честно. Я не подведу. Женщина помолчала. Потом кивнула: – Ладно. Попробуем. Завтра выходишь в семь утра. Сменная обувь обязательна. Форму дадим. Зарплата – пятнадцать тысяч в месяц плюс чаевые. Устраивает? Вика почувствовала, как слёзы подступают к глазам. – Да, – сказала она, сглатывая комок. – Да, спасибо большое. – Не благодари, – отрезала администратор. – Работай хорошо. И не опаздывай. Вика вышла из гостиницы, и впервые за долгое время в груди её затеплилась маленькая, слабая надежда. «Я справлюсь, – сказала она себе, глядя на серое небо. – Я выживу. Я не сдамся». *** Первые дни работы в гостинице «Империал» слились для Вики в один сплошной, изматывающий поток. Она по-прежнему ночевала в сквере, просыпалась в пять утра, с трудом разлепляя глаза, и шла на работу, борясь с головокружением и слабостью. Пробиралась через чёрный вход в гостиницу, умывалась, приводила себя в порядок и приступала к работе. Температура то поднималась, то спадала, кашель стал глубже и больнее, но она упрямо глотала дешёвые порошки от простуды, купленные в аптеке на последние деньги, и продолжала работать. Она мыла полы в коридорах, меняла постельное бельё в номерах, чистила туалеты и ванные комнаты, выносила мусор. Руки её опухли от постоянного контакта с водой и моющими средствами, спина ныла после каждого рабочего дня, но она не жаловалась. Она стискивала зубы и делала своё дело, стараясь не думать о том, что будет завтра. Администратор Валентина Петровна – та самая женщина с острым взглядом – поначалу следила за новой работницей с подозрением. Она замечала её бледность, слышала с трудом сдерживаемый кашель, видела, как дрожат её руки. Но Вика работала молча, не отлынивала, не жаловалась и не просила поблажек. И Валентина Петровна, при всей своей строгости, не находила причин расстаться с ней. Однако на третий день случилось то, чего Вика боялась больше всего. Она зашла в подсобку, где хранились швабры, вёдра и чистящие средства, чтобы перевести дух. Голова кружилась, в глазах темнело, и она прислонилась к стене, закрыв глаза. Всего на минуту. Но эта минута растянулась. Она не слышала, как открылась дверь. Очнулась от резкого голоса: – Ты что здесь делаешь? Вика