— Гусев, ты с ума сошел, — улыбнулась Наташа. — Я могу в гостиной переночевать!
— Гусев, ты с ума сошел, — улыбнулась Наташа. — Я могу в гостиной переночевать! — Нет-нет, что ты! — замахал руками Костя, заикаясь. — Я... Я привык! Мне тут... ближе к кухонному чайнику! Марго, наблюдавшая за этим обменом любезностями из-под журнального столика, решила действовать. Ее двуногий вассал явно попал под гипнотическое влияние этой странной особы. Что ж, он сообразительностью никогда не отличался... В два часа ночи, когда квартира погрузилась в тишину, Марго приступила к активным боевым действиям. Сначала она «случайно» уронила с подоконника хрустальную вазу с сухими лепестками роз прямо над ухом спящей Наташи. Ваза разлетелась с мелодичным звоном. Наташа лишь сладко потянулась, повернулась на другой бок и пробормотала: «Минус один, королева». В три часа ночи Марго села у изголовья Наташиной кровати и издала низкий, утробный гул, похожий на звук работающего трансформатора. Наташа открыла один глаз, достала из сумочки резиновый мячик-попрыгунчик и мягко запустила его в коридор. Марго, вопреки своей королевской спеси, на секунду включила инстинкт хищника и помчалась за мячом, осознав свою ошибку только на середине пути. К утру Марго была истощена, но не сломлена. Однако Наташа оказалась не так проста. Вместо того, чтобы со слезами сбежать к себе домой, она приготовила Косте пышный омлет с зеленью, а Марго налила в блюдечко немного сливок. Марго боролась с искушением ровно три минуты, после чего оказалась позорно мурчащей на ковре, пока Наташа победоносно пила кофе. — В следующие выходные, Гусев, — заявила Наташа, поправляя берет у зеркала, — мы идем к моим друзьям, Кате и Денису. Будем играть в «Колонизаторов». И твоя монархиня идет с нами. Нельзя же оставлять такое сокровище скучать на диване! Костя побледнел: — Но... Марго не любит путешествовать! У нее стресс! У нее нарушится липидный баланс! — Ничего с ее балансом не случится, — отрезала Наташа и чмокнула Костю в щеку. — Готовь переноску! Марго обиженно запыхтела. Что это за «Колонизаторы» такие? Звучит ужасно безвкусно... ***** Субботний вечер у Кати и Дениса пах пиццей «Четыре сыра», таежным чаем и настольными играми. Костя втащил в квартиру огромную плюшевую переноску, выстланную шелковыми пеленками, с таким видом, будто нес хрустальную вазу эпохи династии Мин. Марго выплыла из переноски с грацией оскорбленной до глубины души императрицы в изгнании. Она нашла самый высокий и недоступный объект – спинку кожаного кресла – и воцарилась там, поджав белоснежные лапки и всем своим видом показывая, что плебейские развлечения двуногих ее не касаются. И тут из кухни вышел Он... Борис не имел родословной. В его жилах текла гремучая смесь кровей дворового сибирского кота, ангорца и, кажется, некоторого количества дикого лесного разбойника. Он был велик, прост, обладал дымчато-серой шерстью повышенной пушистости и левым ухом, украшенным боевым шрамом после памятной битвы во дворе. Марго этих подробностей, конечно, не знала, но впечатление Борис на нее произвел. Он шел по квартире не спеша, с ленивой уверенностью хозяина жизни, у которого все схвачено. Заметив на кресле белоснежное облако с сапфировыми глазами, Борис остановился. В его янтарных глазах вспыхнул огонь настоящей, неиспорченной цивилизацией дворовой страсти. Марго бросила на него презрительный взгляд и издала тихое саркастичное «Фырк». Она видела таких дворовых забияк из окна много раз. Но Борис был настоящим котом-донжуаном. Он не стал проявлять навязчивость, как это сделали бы незрелые коты. Он действовал хитрее. Сначала Борис небрежно подошел к столу, где играли люди, и с грацией профессионального циркача сбил лапой кубик, запустив его точно под кресло Марго. Затем медленно подошел к креслу, лег на бок и издал низкий, бархатистый, вибрирующий мур-р-р, в котором слышался шум ночного мартовского ветра. Марго замерла. Ее королевский подбородок чуть дрогнул. Борис поднялся, сделал грациозный круг вокруг кресла и принес в зубах маленькую меховую мышку. Он положил мышку у подножия кресл