Детские шалости
Детские шалости АНАТОЛИЙ ХРИСТЮХА Кот Шурик – серый, пушистый, с белыми лапами. Они с приятелем нашли старую простыню и решили сделать ему «парашют». Кот отчаянно вырывался, визжал и царапался. Они хохотали. Им казалось, что это весело... Мальчик бежал, не оглядываясь. Главное – не останавливаться. Он сворачивал в переулки, перепрыгивал через мусорные баки, прижимался к стенам, когда слышал тяжёлое дыхание патруля. Город он знал наизусть: каждый двор, каждую дыру в заборе, каждый подвал, где можно переждать... Сегодня облава началась раньше обычного. Он увидел их краем глаза. Два огромных ротвейлера в кожаных сбруях со светящимися жетонами службы контроля. На ремнях за спинами висели длинные шесты с сетями. Позади кто-то вскрикнул. Мальчик не стал оборачиваться. Он перепрыгнул очередной забор, чуть не угодив в контейнер для мусора. В нос ударил запах тухлого мяса. Несколько человек рылись, пытаясь добыть еду. — Облава, — крикнул мальчик, не останавливаясь. Люди бросились врассыпную. Беспризорных в последнее время стало заметно меньше. После того, как ввели новые правила содержания, теперь у каждого должен быть хозяин. Тех, у кого не было, забирали в приют. Что там с ними делали, он не знал, да и не хотел знать. У него хозяйка была. Не самая плохая, она по-своему любила его. Кормила, не обижала. Но её дети – это был настоящий кошмар! Из-за них он и сбегал. Иногда пропадал по несколько дней, ночевал, где попало, питался, чем бог пошлёт... Раньше это никого не волновало. Люди свободно бегали по городу, пока хозяева были на работе. Но теперь, без ошейника и без сопровождения, лучше было на улице не показываться. Он юркнул на знакомую улицу, пролез через дыру в заборе и оказался во дворе своего дома. Здесь было спокойно. У калитки дремал огромный лабрадор в форме охранника, лениво провожая взглядом прохожих. По дорожкам неторопливо прогуливались кошки и собаки со своими питомцами. Кто-то вёл человека на поводке, кто-то позволял ему просто идти рядом. Мальчик украдкой махнул знакомой девочке. Огромный рыжий мейн-кун вёл её на длинной верёвке, она лишь быстро улыбнулась в ответ. Мальчик поднялся по пожарной лестнице. Пользоваться лифтом людям не разрешалось. Добравшись до балкона, он тихонько поскрёбся в стеклянную дверь. Изнутри послышалось недовольное шипение. Потом тяжёлые мягкие шаги. Дверь открылась, и в проёме показалась огромная серая кошка – вся в послеполуденной дрёме. Она посмотрела на него сверху вниз своими жёлтыми глазами. Затем издала длинный низкий звук, похожий на рык. — Я недолго, — сказал мальчик. Он почти научился понимать её. Кошка наклонилась и лизнула его в голову, так что у него перехватило дыхание. Он привык, но всё равно каждый раз вздрагивал, когда шершавый язык царапал лицо. Она прошла на кухню, насыпала в миску сухой корм. Сегодня был его любимый, с лососем. Мальчик присел на пол и стал есть, загребая горстями сухие шарики и запивая водой из соседней миски. Кошка ушла в комнату, устроилась на диване и закрыла глаза. Хвост медленно ходил из стороны в сторону. В доме было тихо. Мальчик уже почти наелся, когда из коридора донесся топот. Он поднял голову. В дверях кухни стояли двое котят: полосатый и трёхцветный, каждый размером с небольшого телёнка. Они смотрели на него с одинаковыми широкими улыбками. — Мурр, — проворковал трёхцветный. — Мя… — согласился полосатый. Пацан полез под стол, но тяжёлая мягкая лапа намертво придавила к полу лодыжку. Он услышал тихое, довольное урчание сверху. Мальчик зажмурился. Он знал, что будет дальше. Он уже это проходил. Его подняли на ноги зубами за шиворот. «Поиграть захотели? Давайте поиграем...» — он бросился в коридор. Сзади послышались довольные возгласы, затем мягкие прыжки. Началась игра. Его гоняли по комнатам, ловили, отпускали и снова ловили. Он прятался за креслом, под кроватью, в ванной, но его каждый раз находили.