Но дни бежали один за другим. Октябрь пришел сентябрю на смену. А пес никуда не делся. ...
Но дни бежали один за другим. Октябрь пришел сентябрю на смену. А пес никуда не делся. Все так же сидел на обочине. Мок, мерз, грустил. Теперь Сергей по пути на работу всегда останавливался рядом с ним. Угощал вчерашней котлетой или остатками супа. Леночка переживала: — Ты представляешь, не хочет он ни к кому идти, — делилась она с Сергеем. — Василий Кузьмич к себе его взять хотел. Не вышло. Пес вроде пошел за ним, а потом передумал. На место вернулся. Преданный какой! Герой прямо. «Герой! — думал Сергей. — Любят у нас героизм везде видеть. Просто несчастная собака». Но так, пожалуй, считал он один... Звание героя за псом закрепилось, когда Леночка не выдержала и сама решила его приютить. Раздобыла ошейник, поводок и увела домой после работы. Сергей смотрел им вслед, радовался. Но, оказалось, рано. Утром пес снова сидел на обочине. — Сбежал, представляешь! — жаловалась Леночка. — Отогрелся, поел, а когда я мусор пошла выносить, рванул в приоткрытую дверь. Вот она, верность! Такой впору памятник ставить. Сергей промолчал, Леночку обижать не хотелось, хотя в голове крутилось: «Дверь закрывать надо было. Постараться уговорить песеля... Найти и вернуть, если уж сбежал. А она – памятник! На кой ему памятник? Ему хозяин новый нужен, дом теплый, любовь, терпение... Я вот вроде не собачник, и то понимаю». Единственное, что пес получил от Леночки, это имя. Теперь его звали Верный. ***** Сам Гоша об этом не знал. Он был благодарен людям за еду, за то, что не гонят, жалеют. Одна женщина даже пригласила к себе погреться. Он не стал злоупотреблять гостеприимством. Поел, оттаял и побежал обратно. Уходить с обочины надолго было страшно. Вдруг, пока он трапезничает, откроется дверца, ведущая в счастливое «до» из этого стылого «после». Не догадывался Гоша и о том, что стал местной достопримечательностью. О нем рассказывала водителям на автозаправке та самая женщина, что пустила его в тепло. Она гордилась и восторгалась его потрясающей преданностью. Водители слушали, восхищенно смотрели на Гошу. Не восхищался один лишь мужчина. Он работал заправщиком, частенько делился с Гошей едой, когда утром спешил на работу. Не очень молодой, не слишком ласковый, часто невыспавшийся и хмурый. Иногда он молча гладил Гошину черную голову. Рука у мужчины была шершавая, тяжелая и живая. В ней было больше тепла, чем во всех звонких эпитетах, которыми его награждали сочувствующие. А холод крепчал, октябрь приближался к концу... ***** Сергей понял, что он должен действовать, когда выпал первый несмелый снежок. «Никто не возьмет пса, хоть Верным его назови, хоть Тузиком. Похоже, народу нравится восхищаться его героизмом издали. А я вот смотреть на это уже не могу», — решил он, наблюдая из окна, как черную фигурку на обочине выбеливают снежинки. — Лена, поводок у тебя остался? Кассирша удивилась, кивнула: — Ну да, здесь висит. Тебе зачем? — Надо. Она пожала плечиками, но поводок дала. ***** Гоша замерз, как цуцик. Шерсти на нем хватало, но уж больно промозглым был день. И ведь это еще не зима. Что же будет дальше? Дождется ли он возвращения в счастливое прошлое? — Пойдем-ка со мной, — раздалось сверху. Он поднял глаза: перед ним стоял знакомый мужик с автозаправки. В руках амуниция, взгляд решительный. Гоша не стал сопротивляться, когда мужик застегнул на нем ошейник. Нужно было согреться, поесть, набраться сил... Они вместе дошагали до блочного дома, поднялись по лестнице, вошли в квартиру. — Тебя наша Лена назвала Верным, — сказал мужик, пока Гоша вылизывал миску. — Так себе имечко, на мой вкус. Пафосное какое-то. Давай что-то попроще придумаем. Меня вот Серега зовут. А ты будешь... На кого же ты похож-то? Бородатый такой, лохматый. Кузя, может, как домовенок из мультика? Пес покосился на мужика. Да как хочет пусть зовет. Какая ему разница? Он для Гоши не хозяин. Нужно теплом запастись и назад! Пес оставил миску в покое и улегся у двери... ***** Сергей понимал, что легко не будет. Рана у пса на сердце. Тут и кинологом быть не