Потерянное лето
Потерянное лето АЛЁНА СЛЮСАРЕНКО — Ну чего ты от меня хочешь? — взмолилась она. — Усыновить тебя, что ли? Так я ведь питомцев заводить не собиралась. Могу только в приют сдать, раз уж хозяев у тебя нет... Кот сидел под яблоней среди краснобоких паданцев и смотрел на Машу. — Где шатался? — спросила она, еще не решив, радоваться или печалиться. — Ма-а-ау! — сообщил кот. — Я уж думала, ты в город уехал. Слушай, у меня дел по самое некуда. Давай скоренько: есть хочешь? Пить? Кот вздохнул, поднялся и, задрав к небу хвост, двинулся прямиком к Маше. Взобрался на крыльцо, потерся о ее ноги и проникновенно заглянул в глаза... ***** Маша не заметила, как просвистели летние месяцы. Казалось, еще вчера была весна. Лезли из земли веселенькие тюльпанчики, загорались цветными звездами примулы. И вдруг – раз! Уже почти осень. Как такое может быть? Оказывается, легко. И если бы не этот рыжий кот, то вполне возможно, она очнулась бы только зимой. А может, и вовсе не очнулась бы. Жизнь такая нынче: быстрая, деловитая. Ведь если поглубже копнуть, то совсем недавно Маше было сорок, и вдруг уже почти полтинник. Куда десять лет делось? Отмотайте время назад, я случайно зажмурилась. Увы, не получится. Обидно. Особенно за это лето. Ведь специально перешла на удаленку. Кучу денег на курсы копирайтерские потратила, чтобы жизнь жить, а не на автопилоте пролетать. И вот результат. Оказалось, что удаленка – штука для некоторых опасная. Ты ведь сама себе начальник. А если в тебе засел трудоголик, перфекционист и деспот? Вот то-то и оно... Пашешь, как бобик. Обещания себе выдаешь пачками: «Еще один заказ, и отдохну. Клиента упустить нельзя, с работой нынче туго. Сейчас поднапрягусь, зато потом...» И вот ведь подлость какая: не наступает это потом! Несешься, словно телега с горы, только деревья по бокам мелькают. Утро-день-ночь. Завтрак. Обед мимо, ужин, если сил хватит. Нет, хорошо все-таки, что однажды этот кот возник перед ней эдаким рыжим шлагбаумом. Маша вышла с утра на крылечко, кофе глотнуть да воздуха вдохнуть, и чуть ему на хвост не наступила. Телега остановилась, алгоритм сбился. Кот не испугался ни капельки. Посмотрел на нее взглядом утомленного монарха. — Ты чего здесь забыл? Брысь! — велела она. — Ма-а-а. Ма-а-ау! — изрек кот и наклонил рыжую голову, словно проверял: поняла ли его неразумная тетка. — Домой иди! Вместо этого кот поднялся, обошел Машу кругом, снова уселся напротив и повторил: — Ма-а-а! — Пес с тобой, попрошайка. Была у меня в холодильнике котлета. Если поделюсь, уйдешь? Мне работать надо. Кот ничего не ответил, угощение смел, водичкой запил и остался. Сел на ступеньку, оглянулся на Машу, словно приглашал. И че*рт его знает почему, она уселась рядом. Вставало солнышко, раззолачивало облака, трогало пока редкие желтые листья на березе за забором. Целовало яблоки в саду, и они краснели от удовольствия. Вот тогда-то Маша и поняла: лето почти прошло. А она его и не видела. Ни разу на озеро не сходила, не позагорала, в шезлонге с книжкой не полежала. А вокруг ведь такая красотища. Да этого рыжего попрошайку поблагодарить надо: разбудил, показал! Но некогда. Маша торопливо погладила кота по голове и велела: — Все, шуруй к своим хозяевам! Только он не ушел. Просочился в дом, залег под столом и принялся играть с Машиной тапочкой, когда та уселась за ноутбук. — Ну, чего тебе еще? Она нырнула вниз, поймала кота и вынесла за дверь. Заперлась. Кот возмущался снаружи. Потом устал, устроился на лавочке под окошком хвостом к Маше и притих. В открытую форточку, сквозь сетку от комаров, рвался август, работать окончательно расхотелось. — Тьфу, пропасть. Весь настрой сбил! «А куда ты гонишь? — поинтересовался внутренний голос. — Отдохни, воздухом подыши, в саду покопайся. Ты же ради этого здесь». Тогда Маша его заткнула.