Для СМИ:
Для СМИ: Не ломаю политический уклад — адаптирую его под реалии вернувшихся бойцов Прочитал материал. Спасибо за внимание к работе на округе — но с постановкой вопроса не соглашусь. Я не ломаю политический уклад. Я адаптирую его под реалии вернувшихся бойцов. Это разные вещи, и разница здесь принципиальная. О самой «аномалии»... Выезды к избирателям после кампании — не сенсация и не вызов устоям. Это работа. В рамках муниципальных полномочий, с соблюдением депутатской этики, я выполняю задачи, которые доверили мне жители Назаровского округа. Мандат — это не приз за кампанию, это обязательство на весь срок. Невозможно работать с людьми своего округа, не зная реальных проблем — не по отчётам и сводкам, а из первых уст. Поэтому едем по сёлам, посёлкам и деревням, слушаем, фиксируем, отвечаем на месте. Часть вопросов решается сразу, часть идёт в дорожную карту. Почему это именно адаптация? Мы — люди военные, прошли не одно сражение. Мы умеем планировать, и чёткое планирование — залог результата. Отсюда и подход: проехать каждое село, собрать карту проблем и того, что уже сделано, обменяться контактами с каждым представителем местного сообщества. Мне нужны каналы не только от администрации, но и от самих жителей. Это не недоверие к власти — это вторая линия связи, которая позволяет видеть реальную картину, а не сглаженную. То же и с людьми, вернувшимися с фронта. Их быт, документы, льготы, трудоустройство, лечение, семьи — это не «чаяния» из фельетона, а конкретные вопросы, которые решаются только бумагой: обращение к главе поселения или главе округа, ответ, и если ответ не устроил — идём дальше. Но фиксация должна быть всегда. У человека должно быть право добиться своего, а не упереться в тишину. О «рамках» и «дисциплине»... Меня не нужно пугать и не нужно ставить в рамки. Я боялся в боях под Бахмутом. Бояться мне больше нечего, терять тоже нечего. На мне рамок не держится: где сел, там и слез. Я привык к боевым действиям — и работу буду вести по-боевому, но в формате мирной жизни. Разница в инструментах, а не в отношении к делу: тогда это был приказ и задача, сейчас — обращение человека и его проблема. Результат требуется в обоих случаях. Буду работать на благо людей, на благо ветеранов и их родственников — независимо от того, кто и что об этом говорит. Заднюю мы никогда не давали и не даём. Сразу снимем главное: никакого поста я не занимаю и не собираюсь... Судя по комментариям и предположениям, дальше в материале будут версии, что вся эта активность — под какой-то пост, под должность, под перевод. Скажу прямо, чтобы не тратили время на догадки: никакой пост я не занимаю и менять ничего не собираюсь. Я не госслужащий — депутатский мандат исполняю на непостоянной основе. И честно: это не моё. Я общественник, и меня это вполне устраивает. Поэтому здесь, господа, вы ошиблись. Мандат в региональном парламенте для меня — возможность работать с людьми напрямую, а не ступенька в карьерной лестнице. Если бы я шёл за должностью, мне не нужно было бы ездить по сёлам, где застреваешь в снегу и слушаешь про нечищеные дороги. О пиаре и отчётах... Здесь золотой середины не бывает. Не публикуешь отчёт — говорят, что ничего не делаешь. Публикуешь — говорят, что пиар. Как стакан: наполовину полный, наполовину пустой. Я выбираю первое — и продолжаю публиковать. Про Новоалександровку, хочу дать уточнение, чтобы не было кривотолков. До Новоалександровки мы не доехали, потому что застряли в снегу. Дорога была неукатанная, следов на ней не было — не то что проехать, развернуться было негде. Валить это на технику не буду: машина у меня китайская с задним приводом, в данной поездке. Нам сообщили, что живут там три жителя по прописке, и те уехали в Назарово. Если информация другая — если в селе кто-то остаётся или есть те, кто приезжает, — прошу сообщить. Это не формальность: мне важно, чтобы в дорожной карте не осталось ни одного села, куда не доехали и не отметили, что там на самом деле происходит.