Шантажист внутри и вне нас готовится ко встрече с реальностью
Шантажист внутри и вне нас готовится ко встрече с реальностью Что нам делать в условиях, когда всё вокруг летает, где-то что-то горит, интернет зависает, морковь дорожает, а денег больше не становится? Вот прямо сейчас я написал половину текста, а из-за тормозов он просто слетел. Пишу заново. Психика, которая испытывает перегрузки, будет извиваться ужом, но делать всё, чтобы сохранить status quo. Такова природа человека. Главное свойство — попытаться натянуть сову на глобус во всех случаях несовпадения реальности с представлениями этого человека о прекрасном. Делается это чётко, быстро и безапелляционно. В строгом соответствии с внутриличностными и внутримозговыми протоколами. При этом для мужчин чаще через рационализацию (ну не очень-то и хотелось и моглось) и отрицание ( этого просто не может быть), а для милых дам — посредством радикальной замены чувств (ненавижу тебя, иди скорее ко мне) и регрессии (я просто девочка, меня не трогать). Есть и универсальные способы: проекция (сам такой) и смещение чувств (как правило, отыгрыш происходит на самом беззащитном: если не могу выместить злость на сопернике, тресну ребёнка). Важно, мой читатель, что эти выверты психики защищают нас от излишней тревоги и позже — от невроза. В противном случае, при столкновении с обстоятельствами непреодолимой силы (как, он ушёл и оставил меня! как так, меня не повысили! блин, я не так хорош, как мне казалось!), мы бы все тщательно перемывали руки по 10 раз за час, аккуратно переступали через трещины на асфальте, считали номера автобусов и страдали от болей по всему телу без физических на то причин. И всё же представляется, что самым опасным из практик борьбы психики с реальностью является эмоциональный шантаж других людей. Это когда вполне законопослушный гражданин, не справляясь с собственным, допустим, страхом, фантазирует о том, что это вы (ближайший человек, до которого можно дотянуться) настоящий трусишка. Сама по себе фантазия навредить не может. Но уровень страха шантажиста таков, что ему недостаточно грёз. Поэтому он самыми различными способами (например, лёгкими намёками, словесным давлением, искажением фактов и ситуации, пренебрежительным хмыканьем или даже грозным взглядом) внедряет в другого сначала ощущение растерянности, а потом и сам страх. Свой страх. Теперь с этим чувством справляется и тот, кого избрали на эту роль. Другой выбран не случайно, он имеет ряд признаков и в целом добрый мягкий человек, который с трудом противостоит чужому внедрению. Что никак не делает его тем же трусом. Чуть позже у выбранной "жертвы" включается долженствование (странное состояние, будто никаких отношений особо нет, а я уже кому-то что-то должен). А если она пытается избавиться от него и от внедрённого страха, то накрывает волна из чувства вины. Таким образом шантажист, словно первобытный дикарь, поддерживающий огонь в своей пещере, подбрасывает дровишки неуверенности в костёр отношений. При каждом, самом малейшем общении он продолжает обрабатывать выбранного. Поскольку уровень его страха таков, что только контроль над другим позволяет избавиться от чувств. А если это не страх, а зависть (тогда, общаясь с завистником, я заражусь завистью и начну уничтожать свою жизнь, проекты, успех). Или ненависть (тогда "жертва" начнёт превращаться в злобное существо). Это называется потеря самого себя. Увы, но эмоциональный шантаж довольно распространённый способ коммуникации в современном мире. В оправдание скажем, что это очередной неосознанный выверт психики. И, возможно, мой читатель, ты пользуешься им гораздо чаще, чем полагаешь. К чему это я? Во времена, когда привычный образ жизни люто быстро меняется, психика испытывает перегрузки, мы и сами будем чаще прибегать к услугам психологических защит, и на нас будет отрабатываться та же схема. В первом случае имею смелость порекомендовать развивать уровень рефлексии. Во втором оставлять шантажиста один на один с чувствами, он найдёт ещё кого-то или будет вынужден справиться с ними.