Четверг. Звонок от Крайнова и методы поиска.
Четверг. Звонок от Крайнова и методы поиска. Всю ночь опять шёл снег. К утру Хибиногорск утонул в сугробах. Дворник Петрович с самого рассвета скрёб лопатой, но снег валил и валил. Вовка вышел из подъезда и увяз по колено. Ботинки, которые вчера казались тяжёлыми, сегодня стали неподъёмными. В чате с утра шло обсуждение. Мишка: «Ну что, звонил?» Вовка: «Пока нет. Жду». Даша: «Может, после обеда». Маша: «Спокойно. Позвонит». На уроках Вовка не мог сосредоточиться. На математике он снова ушёл в себя, и учительница дважды делала замечание. Мишка пихал его локтем. — Ты чего? — Жду звонка. — После уроков жди. После уроков Вовка пришёл домой, скинул мокрую куртку и сел у телефона. Он уже начал думать, что Крайнов забыл. Но тут телефон зазвонил. Незнакомый номер. Вовка взял трубку. — Вовка? Это Крайнов. Голос был ироничный, бодрый, с лёгкой хрипотцой. — Здравствуйте, — выдохнул Вовка. — Ну, рассказывай всё по порядку. Вовка рассказал: про Степана Ильича, про дневник, про то, что они хотят разобраться. Крайнов слушал, не перебивая. Потом сказал: — Стёпа — хороший мужик. Мы с ним в одной партии в Сибири работали. Я потом в Мурманск уехал, а он в школу подался. Правильно сделал. Учитель с опытом экспедиций — это то, что надо для географа в школе. Он помолчал и добавил: — Значит, хотите найти литий? Похвально. Только это не клад. Это работа. — Мы готовы, — сказал Вовка. — Тогда слушай. Крайнов объяснял не спеша, как будто читал лекцию. — Сначала мы искали пегматитовые жилы по геологическим картам. Это такие вытянутые тела, которые залегают среди более древних пород. На карте они отмечены линиями. Потом шли в поле и брали пробы. Породу отбивали молотком, складывали в мешочки, подписывали. Каждая проба — номер, точка, глубина. — А как понять, есть там литий или нет? — спросил Вовка. — Спектральный анализ. Мы отправляли пробы в лабораторию, там их просвечивали и смотрели, какие элементы есть. Но был и полевой метод — шлихи. Это когда породу промываешь в воде, лёгкие частицы уходят, а тяжёлые остаются. Если в шлихе блестит сподумен — значит, литий рядом. — А ещё что? — Радиоактивность. Пегматиты часто дают фон. Мы ходили с радиометром и замеряли. Если фон выше обычного — там что-то есть. Вовка записывал в блокнот. Крайнов говорил дальше: — У вас в дневнике записана проба №14. Если она сохранилась под нарами — это ваш ключ. И надо конечно идти к скале-пальцу. Это ориентир. От лагеря десять километров вверх по ручью. Там выход жилы. Брать свежие сколы, не выветренные. Светлые обломки, тёмные кристаллы. — А что взять с собой? Крайнов перечислил, и Вовка едва успевал записывать. — Молоток геологический. Не обычный, а с длинной ручкой и бойком. Им отбивают породу. — Зубило. Чтобы сколы делать. — Лупа. Десятикратная. Смотреть структуру. — Мешочки для проб. Матерчатые, с завязками и табличками. Чтобы не перепутать. — Маркер. Подписывать мешочки. — Компас. И карта. У вас карта есть. — И прибор. Если найдёте — спектрометр. Портативный. Он покажет, есть ли литий, прямо в поле. — А если нет прибора? — спросил Вовка. — Тогда берите пробы и шлите мне. Я здесь проверю. Крайнов помолчал и добавил: — И ещё. Осторожно на болоте. Гать старая. Можно провалится — обходите справа, по берегу. Там суше. Воду из ручья кипятите. И не геройствуйте. Вовка записал всё. Потом спросил: — А вы нам поможете разобраться? Если что-нибудь найдём? — Помогу, — сказал Крайнов. — Присылайте фото. Я по кристаллам скажу, сподумен или нет. Если да — это уже что-то. Он попрощался и повесил трубку. Вовка тут же написал друзьям. Пересказал разговор, список инструментов, маршрут. Маша: «Значит, каникулы. Десять дней. Сто километров туда и сто обратно». Мишка: «Уточним маршрут. Я посчитаю». Даша: «Аптечку соберу». Вечером Мишка позвонил отцу. Разговор был коротким. Отец сказал: «Приходи завтра на комбинат, я тебе покажу прибор». Мишка уточнил, можно ли с друзьями. Отец подумал и согласился. На следующий день после уроков все четверо пошли на комбинат. Отец Мишки ждал их у проходной. Он