ПЦ

Психологический центр "Юность", Подольск

Госорганы и учреждения · 7 сентября 2026 г.

Открыть канал в MAX

- Что произойдет, если ты честно скажешь маме: «Мне трудно произнести тебе слова любви,...

- Что произойдет, если ты честно скажешь маме: «Мне трудно произнести тебе слова любви, но, я тебя люблю»? (Люся примеряет эти слова на себя, репетирует и соглашается). - Я могу ТАК сказать, и мама обрадуется. Основной язык любви в семье – подарки. Как же девочка реагирует на получение подарков? Я предложила Люсе представить, что она получает подарок, и посмотреть в этот момент на себя со стороны – «мамиными глазами». - На месте мамы, я вижу, что дочь молчит и поджимает губы. Но, мама точно так же реагирует на подарки отца. А он злится. Я просто ее копирую. - Хорошо, что ты это понимаешь. Но, ты и мама – вы разные люди. Ты можешь вести себя по – другому. Мамина модель поведения приводит к тому, что ее близкий человек – муж злится, когда не получает благодарности, которую было бы естественно проявить в ответ на подарок. Ты поступаешь так же. Когда девочка поняла, что при получении подарков она копирует маму, ей захотелось изменить это, научиться говорить: «Спасибо». И Люся научилась благодарить. Новый навык облегчает ее отношения с родителями, а также с окружающими, в первую очередь, с учителями и одноклассниками. В процессе терапии стало очевидным, что в семье Люси проявляется парентификация, когда ребенок ощущает себя выше родителя из – за путаницы ролей. Это противоречит основному закону семейной системы – закону иерархии. Согласно этому закону «большим» - главным является родитель, а «маленьким» - ребенок. Энергия жизни течет от «большого» к «маленькому», от родителей к детям. «Большой» даёт «маленькому» жизнь, заботится о нём, защищает. А «маленький» принимает это. Формирование парентификации идет от родителя, который не чувствует себя взрослым и сильным. Вырастая физически, он все еще продолжает психологически оставаться ребенком. Не получив достаточно любви от своих родителей, он явно или неявно ожидает поддержки от своего ребенка, наделяя его функцией родителя. Так, мама Люси «путает ее с бабушкой», требует от дочери постоянных подтверждений любви, обижается, если этого не происходит. Девочка с удивлением открывает для себя тот факт, что мама «большая», так как дала ей жизнь, а она, «маленькая», потому что не смогла бы появиться без мамы. К тому же, жизнь Люси до сих пор зависит от мамы. Люся мечется между двумя потребностями - быть для мамы хорошей «мамой», так как «бабушка не справилась с этой ролью» и иметь свои интересы и ценности. Этот внутренний конфликт вызывает злость, которая проявляется в том, что Люся повышает на маму голос: «аж в ушах звенит», может захлопнуть дверь «перед носом мамы», так она отстаивает собственные границы. Поняв, что у мамы уже есть мама – это бабушка и другой никогда не будет, Люся отказывается от желания опекать маму. Она разрешает себе жить своей жизнью, имея свои желания. Постепенно девочка учится спокойно и доброжелательно говорить родителем «нет», аргументируя свой отказ. В семье Люси присутствует и триангуляция, когда посредством третьего, в данном случае, дочери, регулируются отношения между родителями. Например, Люся выполняет роль «третейского судьи» в родительских конфликтах. Открытием для девочки стало понимание того, что двое людей сближаются, когда в их отношениях нет третьего. - Это значит, что, если я перестану находиться между родителями, они станут ближе друг другу, - сделала вывод Люся. Когда в очередной раз родители начали конфликтовать и привлекать в качестве арбитра дочь, она сказала: «Я не могу и не хочу определять кто прав, кто виноват. Вы – мои родители, я люблю вас обоих». По мере изменения поведения девочки, стали очевидны изменения и в ее семье. Сократилась количество конфликтов, родители стали спокойнее и доброжелательнее, стали больше уделять внимание друг другу. Девочка оказалась той самой «мышкой», без которой невозможно выдернуть сказочную репку.