На неделе поймала себя на мысли, которая, кажется, многим не даёт покоя. Я отношусь к т...
На неделе поймала себя на мысли, которая, кажется, многим не даёт покоя. Я отношусь к тем людям, которым сны снятся почти каждую ночь. Яркие, цветные, с сюжетом, с телесными ощущениями — иногда такими отчётливыми, что после пробуждения ещё несколько минут пахнет тем самым дождём из сна или держится в груди странная лёгкость от полёта. А моя близкая подруга — человек тонкий, чувствительный, с прекрасной интуицией — годами не помнит ни одного сна. Говорит: «У меня темнота, и утром я просто открываю глаза». И она не врёт. Ей действительно не снится почти ничего. От силы раз в полгода — какой-то обрывок. Без картинки, без эмоций. И я задумалась: почему так? Почему одним внутреннее радио орёт каждую ночь, а у других — тишина? Первое, что приходит в голову — фазы сна. Про это много написано, но давайте без учебников. Упрощённо: самые яркие, «киношные» сны случаются в так называемую REM-фазу, когда мозг активен почти как при бодрствовании, а тело парализовано, чтобы мы не побежали убегать от своих же сновидений. Если человек просыпается прямо во время этой фазы или сразу после неё — он помнит сон в деталях. Если будильник вырывает его из глубокого, медленного сна — воспоминание обнуляется. Мозг просто не успел «сохранить файл». У моей подруги ранний подъём, жёсткий график, будильник звенит в шесть утра, и она вскакивает мгновенно. Скорее всего, её пробуждение почти никогда не совпадает с REM-фазой. Она просто не попадает в тот момент, когда сон можно «поймать за хвост». Это физиология. Но объясняет ли она всё? Нет. Потому что есть ещё люди, которые спят без будильника, просыпаются мягко, а снов всё равно не помнят. И тут начинается уже территория психологии. Я замечала в своей практике интересную закономерность. Люди, которые говорят «я не вижу снов», часто обладают одной общей чертой. Они не очень хорошо различают свои чувства в принципе. Не в смысле «я бесчувственный», а в смысле «мне трудно назвать то, что со мной происходит». Спрашиваешь: «Что вы сейчас чувствуете?» — и человек зависает. Отвечает: «Ну, нормально». Или: «Мысль в голове крутится». Но не чувство. Не ощущение в теле. И вот тут, мне кажется, зарыта важная истина. Сны — это ведь не просто картинки. Это переживания, упакованные в образы. Если человек днём не очень считывает свой эмоциональный фон, если он живёт больше в голове, чем в теле, то и ночью это «радио» работает тихо. Вернее, оно работает, но у принимающего устройства низкая чувствительность. Сигнал есть, но его не слышно. Бывает и другое. Психика блокирует сны целенаправленно. Когда внутри слишком много боли, страха, непрожитых потерь — бессознательное может выключать запись, чтобы защитить человека. Чтобы он хотя бы во сне не встречался с тем, с чем не готов встретиться. Это не болезнь, это механизм самосохранения. Видела такое у людей, переживших тяжёлое расставание или утрату. Первое время — глухая ночь без образов. Тело спит, душа молчит. Потом, когда начинает отпускать, сны возвращаются. Сначала тревожные, потом — разные. Как будто внутри снова включают свет. Есть ещё одна тонкость. Кому-то сны не нужны как отдельный канал связи с бессознательным, потому что этот канал и так всегда открыт. У меня была клиентка, которая говорила: «Я не помню снов, но я просыпаюсь и уже знаю ответ на вопрос, который мучил меня вчера. Просто знаю — и всё». Она не видела образов, но получала результат этой ночной работы. Её бессознательное общалось с ней не через картинки, а через ясность. Как если бы кто-то скачал ей в голову файл без просмотра. Поэтому делить людей на «видящих» и «невидящих» сны — бессмысленно. Правильнее говорить о разном устройстве внутреннего приёмника. У кого-то он включён на полную громкость и вещает цветными фильмами каждую ночь. У кого-то ловит только обрывки фраз и смазанные тени. А у кого-то работает в фоновом режиме: ты не слышишь музыки, но просыпаешься с ощущением, что плейлист прожитой ночи уже повлиял на твоё состояние.