Позови Свету.
Позови Свету. Первый раз Андрей назвал Нину именем бывшей жены ночью. Она как раз меняла ему мокрую футболку. Он снова вспотел, метался, отталкивал её руки, никак не мог понять, почему в их спальне стоит чужая женщина. — Андрюш, это я. Нина. Он вдруг успокоился. Посмотрел ей прямо в глаза. И тихо сказал: — Свет, ты Машу забрала? Нина замерла. — Кого? Но Андрей уже закрыл глаза. Через минуту уснул. А Нина до утра просидела на краешке кровати и думала о Светлане. О женщине, с которой её муж развёлся почти сорок лет назад, и которую, оказывается, помнил лучше неё. Когда Андрею поставили диагноз, ему было шестьдесят четыре. Началось всё безобидно. Ключи в холодильнике. Дважды оплаченная квитанция. Однажды он пошёл за хлебом и через два часа позвонил: — Нин, а я чего сюда приехал? Стоял возле старого стадиона на другом конце города. Они даже посмеялись. Нина сказала: — Старость подкрадывается. Андрей обиделся: — К тебе, может, и подкрадывается. Я ещё молодой. Через полгода он забыл дорогу к дому. После обследований врач долго подбирал слова. Нина поняла раньше, чем он закончил. Деменция. Потом прозвучало ещё что-то про вероятную болезнь Альцгеймера, наблюдение, препараты, безопасность дома. Нина слушала и смотрела на Андрея. Он сидел рядом и крутил в руках её перчатку. На улице он спросил: — Ну что сказал? Нина ответила: — Таблетки пить вовремя. Через год их жизнь сузилась до квартиры, поликлиники и небольшого двора. Нина ушла с работы. Сначала думала — временно. Но Андрея уже нельзя было оставлять одного. Он забывал выключить воду. Однажды поставил электрический чайник на газовую конфорку. Другой раз ушёл зимой в домашних тапочках искать гараж, проданный десять лет назад. Ночами просыпался. — Мне на работу пора. — Андрюш, два часа ночи. — Опоздаю. — Ты на пенсии. После таких слов он смотрел на неё испуганно. — Не спорьте каждый раз, — говорил врач, — для него то время может ощущаться настоящим. Нина научилась. — На работу сегодня не надо. Выходной. И Андрей снова ложился. Но к одному никак привыкнуть не могла. К Свете. Сначала он вспоминал её редко. Потом почти каждый день. Особенно под вечер. Садился возле окна и начинал тревожиться. — Света скоро придёт? — Не знаю. — Где она? — Андрей, я Нина. Он вглядывался в неё. Иногда узнавал. — Господи, Нинка. Конечно. И даже смеялся. — Что-то совсем башка дырявая стала. А иногда сердился: — Я знаю, кто ты. Где Света? Нина уходила на кухню. Мыла уже чистую чашку. Вытирала стол. Потом ещё раз вытирала. Потому что признать: «Я ревную мужа с деменцией к женщине, которую он любил сорок лет назад» было стыдно даже самой себе. Об этой Свете Нина знала немного. Первая жена. Поженились совсем молодыми. Прожили лет пять. Развелись тяжело. — Почему? — спрашивала когда-то Нина. — Молодые были. Дураки. — Она тебя бросила? — Можно сказать и так. — Дети были? Андрей тогда покачал головой. — Нет. И больше они к этой теме почти не возвращались. Нина не ревновала. Зачем? У них была своя жизнь. Сын Антон. Дача. Их дурацкая привычка по воскресеньям жарить картошку и спорить, кто опять пересолил. Путёвка в Кисловодск, на которую они три года откладывали. Смерть Нининой матери. Операция Андрея. Свадьба сына. Рождение внучки. Целая жизнь. И вот теперь всё это постепенно стиралось. А Света оставалась. Однажды Нина не выдержала. Андрей опять ходил по квартире из комнаты в комнату. — Света звонила? — Нет. — Странно. — Очень странно. — Она обещала. Нина резко поставила кастрюлю на плиту. — Да нет здесь твоей Светы! Андрей остановился. — Что? — Нет её! — Куда она делась? — Откуда я знаю? Вы развелись почти сорок лет назад! Он смотрел непонимающе. Нина уже не могла остановиться. — У тебя жена есть! Я! Нина! Двадцать девять лет рядом! Я тебе таблетки даю, мою тебя, по ночам не сплю, потому что ты дверь открываешь и уходишь неизвестно куда! Андрей испугался. Отступил. — Я ничего не сделал.