— Вера, что с тобой? Тебе плохо? — 19 августа 2026 г. в 07:29:35.175
— Вера, что с тобой? Тебе плохо? Екатерина, забыв о прошлых обидах, испуганно бросилась к ней, пытаясь поддержать за плечи. — Не трогай меня, — прошептала Вера, отодвигаясь. По её впалым щекам покатились слёзы. — Вы не знаете, вы ничего не знаете. Она подняла взгляд на Сергея. Мужчина смотрел на неё сверху вниз, хмуря брови. — Я умираю, Сергей, у меня онкология. Врачи сказали, что счёт идёт на месяцы. Но я пришла не за жалостью. Я пришла, потому что не могу уйти с тем, что натворила. Сергей молчал, не меняя позы, но в его глазах появилось напряжённое ожидание. Екатерина замерла рядом, не решаясь перебить. — Семь лет назад, в ту ночь, когда ты рожала, Екатерина… — Вера сглотнула, пытаясь протолкнуть слова сквозь сковавший горло спазм. — В ту ночь в отделении были ещё одни роды. Поступила пьющая женщина с самого дна. Она родила слабую, синюшную девочку с тяжелейшим пороком сердца. А ты… ты родила здоровую, крепкую малышку. Екатерина побледнела, посмотрела на дверь гостиной, откуда доносился весёлый смех Полины, а затем снова перевела взгляд на сидящую на полу женщину. — Я ненавидела тебя, — слова вырывались сбивчиво, смешиваясь со слезами. — Я так сильно ненавидела тебя за то, что ты забрала у меня Сергея, забрала мою стабильность, мою будущую квартиру. Я хотела, чтобы ты мучилась, чтобы ты умылась слезами, как я и обещала. И когда врач вышел из родильного зала… Она замолчала, собираясь с духом перед самым страшным признанием в своей жизни. — Я поменяла бирки на их ручках, — выдохнула Вера, закрыв лицо руками. — Я отдала твою здоровую девочку той алкоголичке, а тебе подложила больного, обречённого ребёнка. В прихожей повисла тишина. Первым из оцепенения вышел Сергей — он выронил гаечный ключ, ударившийся о кафель, и сделал шаг к Вере. Его лицо исказилось от ярости. — Ты… что ты сделала? Голос Сергея дрожал от напряжения. Он наклонился над бывшей женой, сжимая кулаки. — Ты отдала нашу дочь какой-то пьяни? Ты сломала жизнь ребёнку из-за своей проклятой квартиры! Он готов был ударить её, вышвырнуть за дверь, разорвать на части. Вера не сопротивлялась — она сжалась в комок, ожидая удара, искренне желая, чтобы он оборвал её мучение прямо сейчас. — Серёжа, стой! — крикнула Екатерина, бросаясь наперерез мужу и повисая на его руке. Сергей тяжело дышал, глядя на Веру полными ненависти глазами, но жена держала его крепко. Екатерина перевела взгляд на дверь гостиной, откуда доносился беззаботный смех Полины. Она помедлила, словно собираясь с мыслями, и только потом заговорила. — Серёжа, послушай меня, — заговорила Екатерина, и её голос зазвучал удивительно спокойно. — Успокойся и подумай. — Та женщина, она же пила. Ей не нужен был ребёнок, — тихо сказала Екатерина. — Причём здесь это? Она украла нашу дочь! — возмутился Сергей, пытаясь освободиться из рук жены. — Погоди, Серёжа. — Екатерина посмотрела мужу прямо в глаза, заставляя его остановиться. — Если бы Вера не сделала этого, Полина осталась бы с ней. Девочка с пороком сердца, в притоне, без врачей, без ухода, без капли любви. Как ты думаешь, сколько бы она прожила там? Месяц? Неделю?