— Тогда нам придётся заключить новый договор, — сказал он, открывая новый бланк. — 1 сентября 2026 г. в 13:33:32.936
— Тогда нам придётся заключить новый договор, — сказал он, открывая новый бланк. Варвара кивнула и, достав паспорт, положила его на стол. Через десять минут та же девушка-секретарь принесла распечатанный документ. Варвара взяла листы и начала внимательно, не торопясь, вчитываться в каждую строчку. Артём Игоревич не торопил её, терпеливо ожидая, пока она закончит. — Понимаете, — сказала Варвара Сергеевна, как бы извиняясь за то, что тратит его время, — я уже однажды подписала важные документы, даже не глядя. И вот, к чему это привело. Теперь я всегда буду перечитывать всё до запятой. — Вы абсолютно правы, — одобрительно кивнул детектив. — Подпись — это не просто закорючка на бумаге. Иногда она может привести к роковым последствиям. Не буду вам обещать быстрых и обязательно хороших новостей, но что-то мне подсказывает, что мы с вами находимся в конце этого долгого пути. — С нетерпением буду ждать вашего звонка, — ответила Варвара, выходя из кабинета и чувствуя, как внутри неё разрастается спокойная уверенность. «Какая же странная вещь это время, — размышляла Варвара, садясь в машину. — Иногда оно тянется невыносимо медленно, обволакивая дни, в которых не происходит ровным счётом ничего значимого. Ты просыпаешься, пьёшь кофе, смотришь в окно на привычный двор, занимаешься однообразной домашней работой, ложишься спать, и эти недели сливаются в одно бесформенное, лишённое событий пятно». Она знала это состояние слишком хорошо. Жизнь женщины в последние полгода напоминала заезженную пластинку: каждый новый день был до боли похож на предыдущий. Сейчас же, всего за последние сутки, она словно прожила заново целую жизнь, полную драматических открытий и надежд. Варвара взглянула на часы — было 12:45. Через четверть часа у сына должен начаться обеденный перерыв. Можно будет позвонить ему и попросить приехать вечером. Но Алексей, словно почувствовав её состояние, опередил её. Телефонный звонок разорвал тишину, и Варвара, взглянув на экран, увидела имя сына. Рингтон — та самая мелодия, которая раньше всегда поднимала ей настроение, — прозвенел в наступившей тишине. — Здравствуй, мама, — раздался в трубке его голос, в котором слышалось волнение. — Как ты? Что делаешь сегодня? — Здравствуй, сынок, — ответила Варвара, чувствуя, как теплеет на душе. — Я сейчас в центре города. Только что собиралась тебе звонить. Ты сможешь приехать ко мне сегодня вечером? — Конечно, смогу, — без малейшего колебания ответил Алексей. — А почему у тебя такой интригующий голос? Что-то случилось? — Давай отложим этот разговор до вечера, — мягко попросила Варвара. — Приезжай, и я тебе всё расскажу. Алексей с радостью отметил, что из интонаций матери исчезли те нотки обречённости и безысходности, с которыми она говорила в последнее время после смерти отца. «Значит, всё-таки случилось что-то хорошее, — подумал он. — Вчера она говорила, что собирается открыть папин сейф. Может быть, она там что-то нашла? Но что могло так изменить её настроение?» — терялся он в догадках. Но сам факт того, что Варвара наконец-то выехала из дома, говорил о многом. В последние недели она жила настоящей затворницей и выбиралась в город только по самой острой необходимости.