— Три дня развлекался с молоденькой дурочкой, вешал ей лапшу на уши. Видимо, это было д...
— Три дня развлекался с молоденькой дурочкой, вешал ей лапшу на уши. Видимо, это было для него делом привычным (часть 3) Виктория погрузилась в свои бумажки. Время за работой пролетело незаметно. Когда в кабинет ворвалась Наталья, было уже почти пять часов. Ещё немного — и домой можно идти. — Главный вернулся, — сообщила подруга взволнованно. — Раиса к нему, конечно, уже смоталась, всё доложила. Ну, про бродяжку эту нашу ещё и наверняка по-своему вывернула. Говорят, он рвёт и мечет там и тебя требует. Виктория тяжело вздохнула. Она была к этому готова. И всё же неприятно, конечно. В этот момент в кабинет вошла Раиса с сияющим видом. — Нестерова, тебя шеф ждёт, — произнесла она, даже не сдерживая улыбку. — Получишь наконец по заслугам. — А ты и рада, — презрительно фыркнула Наталья. — Знаешь, иди-ка ты своими делами займись. Кажется, сейчас время вечернего обхода, а ты здесь торчишь, лясы точишь. Нехорошо. Виктория на ватных ногах поднялась на третий этаж и медленно подошла к кабинету главного врача. Виктор Львович был человеком немногословным, но суровым. Крупный, уже полностью седой, взгляд строгий, любящий дисциплину. Один его вид внушал благоговейный трепет. Виктор Львович походил на огромную скалу, скорее всего такой же неприступный, холодный, беспристрастный. Разговор получился коротким и неприятным. Главный врач не кричал, не повышал голос, но так смотрел на Викторию, будто она была самым подлым и никчёмным существом. — Вы нарушили все возможные инструкции, взяли на операцию человека с улицы без документов, бродягу, бомжа. А если бы она скончалась на столе у вас? Об этом вы подумали? Нужна нашей больнице такая репутация? — Выхода не было. — Выход есть всегда. Действия по инструкции предполагали вызов скорой помощи, и женщину эту доставили бы в государственную больницу всего в паре кварталов от нас. — Не успели бы. — А вы подумали о наших пациентах, других пациентах, приличных людях, которые платят большие деньги за лечение у нас? Думаете, им приятно знать, что здесь же спасают бродяг, которые могут быть носителями бог знает каких инфекций? — Она ведь тоже человек. Виктория хотела, но не могла подобрать слов, чтобы объяснить свои чувства. Ну как, как можно было оставить эту женщину, не оказать ей помощь? Человек из последних сил, превозмогая боль, добрался до больницы, первой попавшейся на пути. Она, эта женщина, не выбирала, не думала о престиже частной клиники, а просто хотела жить. — В общем так, — подытожил Виктор Львович. — Дорабатываете завтра смену и расстаёмся с вами. — Как? Виктория вскинула на начальника полные отчаяния глаза. Она ожидала лишения премии, выговора с занесением в трудовую, да чего угодно, но только не увольнение. Это ведь была для неё полнейшая катастрофа. — А вот так, дорогая моя. Постоянные опоздания, да-да, я всё знаю, уж поверьте. Нарушение рабочей дисциплины, с пациентами фамильярничаете, какие-то анализы ненужные назначаете, клинике не экономите. И теперь вот ещё и это, сегодняшний ваш поступок вообще за гранью. Мы с вами расстаёмся, и обсуждению это не подлежит. Решение принято. Но будете возмущаться — уволю по статье, и тогда вас вообще больше нигде не возьмут. Так что не советую.