🎹 А зачем пианисту петь?
🎹 А зачем пианисту петь? Когда я сама училась в музыкальной школе, у нас был предмет «Аккомпанемент». Смысл его был в том, что пианист должен был научиться не просто играть свою партию, а аккомпанировать другому музыканту: скрипачу, певцу, балалаечнику и так далее. У меня была скрипачка. И вот здесь начиналось самое интересное. Конечно, сначала каждый учил свою партию отдельно. А уже потом мы встречались и репетировали вместе. Но такие совместные репетиции происходили не так часто, как хотелось бы: нужно было совместить наши расписания, расписания преподавателей… В общем, собрать всех в одном месте и в одно время было не самой простой задачей. Поэтому мне нужно было подготовиться к совместной репетиции самостоятельно. И я пела. У меня перед глазами были ноты, где написана и партия скрипки, и моя партия фортепиано. Я играла свою партию, а партию скрипки пела. Я видела в нотах, где скрипачка вступает, где заканчивает свою фразу, где вступаю я, где заканчиваю я. То есть одновременно следила за двумя музыкальными линиями: одну играла, другую пела. И постепенно я очень хорошо начинала чувствовать, как эти две партии существуют вместе: где мы встречаемся, где одна партия продолжается, пока другая молчит, где мне нужно особенно внимательно следить за её вступлением. А ведь в ансамбле это очень важно: аккомпаниатор должен слышать солиста и уметь подстроиться под него. Поэтому свою партию мне было недостаточно знать только самой — я должна была понимать, что происходит в партии скрипки. И знаете, что самое интересное? Мне это ужасно нравилось. 🙂 Партия скрипки была очень красивая, и мне действительно доставляло удовольствие её петь. А ещё меня совершенно завораживало то, что я могу одновременно играть одну музыкальную линию и петь совершенно другую. Тогда я просто готовилась к аккомпанементу. А сейчас, когда вспоминаю эту историю, понимаю, сколько всего я при этом тренировала. Я держала свою партию, читала другую, слышала её движение, следила за вступлениями и окончаниями и одновременно соединяла две совершенно разные музыкальные линии. И вот поэтому я иногда говорю своим ученикам: пианисту полезно петь. Не потому, что каждый пианист обязательно должен становиться певцом. 🙂 А потому, что когда мы поём, мы начинаем по-другому слышать музыку. Мы уже не можем просто нажать нужную клавишу и сказать: «Ну вот, нота сыграна». Нам приходится самим провести мелодию голосом: почувствовать её движение, услышать, куда она идёт, не потерять её внутри музыкальной ткани. А если попробовать сыграть одну партию и одновременно спеть другую — музыка вообще начинает раскрываться с неожиданной стороны. Если вы пианист, попробуйте как-нибудь взять знакомое произведение и сыграть, одновременно пропевая его. Интересно, получится? 🙂