Сегодня, тихим вечером перед Рождеством, в Сочельник, я хотела бы поговорить о не самом...
Сегодня, тихим вечером перед Рождеством, в Сочельник, я хотела бы поговорить о не самом очевидном — о корнях, свете и призме восприятия. Сегодня Сочельник, наверное, самый тихий час, когда небо над нами приникает к земле. И мне кажется, что в эти часы очень естественно замедлится. Я сейчас даже не как психолог говорю, а как человек. Человек, который тоже ищет и иногда находит в этой тишине что-то своё, что-то важное. Мы все смотрим на мир через свои призмы, своё восприятие. Иногда эта призма собирает свет, и таким пучком света выдаёт нам наши достижения: что я сделал, чего достиг. Иногда эта призма направлена на отношения: с кем я поссорился, кого порадовал, с кем разрушил отношения, с кем построил и было ли это нужно. Третья призма для тревог и планов —что меня волнует, что я хочу сделать, что получилось. Но есть и та самая призма, которая нам достаётся по наследству, которую мы не выбираем - трансгенерационная, межпоколенная, которая приходит к нам из глубин рода - родовая призма, и она часто лежит в самом основании нашей личности, но мы очень редко на неё смотрим. Сочельник, это время для меня, когда эта призма будто бы проясняется, и от неё уходит туман. Я хотела бы предложить вам навести не только чистоту в доме, но и некоторый порядок в мыслях. Возможно, сесть и перебрать старые фотографии, вспомнить родителей, дедов, прадедов. Не сентиментально, а как-то деловито пощупать связь времён. Возможно, глубина этого ритуала первые моменты будет непонятна, но абсолютно точно она восстанавливает какую-то внутреннюю родословную, родовую связь не просто имена, а ощущение себя частью чего-то большего, что было до нас и что будет после нас. Потому что наши дети — это не только наше продолжение биологическое, но и наше посмертие, это то, в чём мы продолжимся. А род — это не только гены, фамилии, но также и тихие привычки, как в вашей семье встречали праздники, какие были традиции, как относились к Новому году, к сочельнику, о чём говорили, и не менее важно то, о чём молчали, что ценили, как наряжали ёлку. Эти невидимые нити достаточно часто держат нас крепче, чем мы сами понимаем и осознаём. Но при этом в любые кризисные моменты именно они могут стать точкой опоры. Не потому, что так надо, а потому что эта живая память, зашитая в нас многими поколениями наших предков. А мы всё помним, что в памяти сила, и пока мы помним, наш род жив. И Рождество — это праздник прихода Света в мир, Света с большой буквы. Но ведь Свет преломляется, и через эти призмы, в том числе родовые. Для кого-то это Свет радости и Свет утешения, для кого-то — Свет надежды, на то, что после самой долгой ночи наступит рассвет. Для кого-то это свет боли, тревоги и горя. И это нормально. Нормально чувствовать праздник по-своему, без торжества, если на душе тихо, громко, если на душе радость. Давайте договоримся в этот православный праздник вечером, просто быть, зажечь свечу, помолчать, обратиться к своим корням и к своему роду, к самому истоку православия, к тому, что для нас важно. Я очень часто как психолог вижу, что, когда человек теряет связь со своим родом, не в буквальном, а в ощущенческом именно смысле, ему труднее найти себя, ответить на вопрос «Кто я?». И в наше время — индивидуальности, эгоизма во всех его гранях это большая потеря, потому что мы становимся деревьями с поверхностными корнями. Нас качает каждый ветер. Мы можем быть высокими деревьями, но тонкими. Эти поверхностные корни нас не держат. А когда есть внутреннее чувство принадлежности к роду, к истории своей семьи, со всеми её светлыми и трудными страницами, это есть в каждой семье, появляется устойчивость у нового рода. И эта устойчивость не горделивая, а именно по-христиански смиренная. Я не первый, я не последний, я часть. И физиологически это позволяет вырабатывать окситоцин — гормон любви и привязанности.