🔥🔥🔥Реальный кейс — 1 октября 2026 г. в 10:31:38.395
🔥🔥🔥Реальный кейс Публикуется с предварительного разрешения. Одна моя клиентка, назовём ее Мария, искренне не понимала, почему она переезжает примерно каждые пять лет. Она выворачивала жизнь так, чтоб переезд был неизбежен, это была и новая работа с условием переезда, и повторный брак при возможности переезда в ее город мужа, и просто смена одного места жительства на другое. После четвертого переезда, когда прошло время и она снова почувствовала внутри неудовлетворенность, пустоту в новом загородном доме при наличии мужа, детей и любимой работы, и захотела сменить город, дом и обстановку, да так, чтоб все с нуля. Супруг сказал твердое: «нет!» Она долго мучалась, пустота разъедала ее изнутри, поменять интерьер и привнести новшество не приносило чувства успокоения. Пришла она с запросом: «мы потеряли с мужем понимание.» Но очень часто первичный запрос в ходе терапии меняется. Когда мы начали анализировать ее прошлое, на поверхность всплыла ситуация, мимо которой пройти было уже невозможно. Когда ей было около 7 лет, они с мамой и сестрой гостили у тети в деревне на новогодних каникулах. Вдруг раздался звонок: «пожар, пострадала квартира, бабушка не смогла выбраться…» Каникулы Маши превратились в ад, каждую ночь она рисовала в голове картинки и ужасно боялась возвращаться домой, а самое страшное, возвращаться то было некуда. Маша думала - мы бомжи, все об этом узнают и меня засмеют. И вот настал день X, пришло время ехать в город, по возвращению их поселили временно у родственников. Маша с трудом вспоминает детали того времени, но отчетливо было понятно, психика Маши вытеснила это событие, чтобы хоть как-то защитить ее от дикого страха и боли. В квартире сделали ремонт, семья была готова к возвращению домой. Но Маша будто оцепенела. Ее рассказ о том как они возвращались домой: «мы жили в старом доме сталинке на четвертом этаже, этаж был крайний, когда мы подъехали на трамвае к дому и вышли на остановку, я с ужасом увидела над нашими окнами черные пятна гари, я начала представлять, как пламя бушует и забирает мою бабушку, мои ноги сковало и я не могла ступить и шага. Мы зашли в подъезд, там все еще противно воняло горелым и каждый пройденный этаж приближал меня к моему личному аду. Я шла и рассматривала стены, искала следы от пожара. Мы подошли к нашей лестничной площадке и я снова начала рисовать в своей голове эти ужасные сцены, которые обсуждали взрослые еще в деревне: пожарные, грязь,…, больше я ничего не помню, помню, что мне было страшно ходить на кухню мимо комнаты бабушки, но мне пришлось искать в себе силы, чтобы оставаться в этой квартире еще 13 лет.» Маша, 7 лет. Когда мы вошли в проработку, Маша сказала: «я умираю, я беспомощна, я не в безопасности». Это были ее установки касаемо ее жизни, которые распространялись и на ее настоящую жизнь и ее дома. Мария, будучи во взрослом возрасте не могла жить свою счастливую жизнь со своей семьей постоянно на одном месте и искала где ей будет безопасно, но пока не справилась с детским травмирующим опытом, обрести чувство безопасности она не могла. Мораль сей «басни» такова: не засовывай подальше в себя то, что давно просится наружу, оно все равно прорвется. Хуже, если прорвется болезнью. Мария счастлива в своем доме и никуда больше не спешит переезжать и даже ее мечта жить у моря оказалась псевдомечтой. Эта история про серьезную травматизацию после пожара, хоть Мария и не являлась прямым участником бедствия, а лишь последствий. Но у меня масса историй и про более «лайтовые» версии детского неблагоприятного опыта, который вставляют палки в колеса. С заботой, Татьяна Косткина