В 1990-м ожирением страдали 2% детей. Сейчас в 4 раза больше. Просто зафиксируйте эту ц...
В 1990-м ожирением страдали 2% детей. Сейчас в 4 раза больше. Просто зафиксируйте эту цифру на секунду. 390 миллионов детей и подростков в мире с лишним весом. 160 миллионов из них с ожирением. Не в теории, а прямо сейчас. «Есть меньше, двигаться больше» тут не работает и, если честно, никогда не работало как единственная рекомендация. Биология, привычки в еде, семья, сон, среда — это не список факторов, это система. Лечить нужно её, а не рацион ребёнка отдельно. Что говорят свежие исследования: поведенческая терапия (59 РКИ, больше 10 000 детей) даёт эффект, но скромный. Семаглутид плюс работа с образом жизни - минус 16% ИМТ против плюс 0,6% на плацебо. А метаанализ 2026 года на 3800+ детях показал то, что многие подозревали: работает только комбинация препаратов и поведенческой терапии вместе, по отдельности хуже Вот о чём говорят гораздо реже: ожирение - это хроническое рецидивирующее состояние. Не то, что закрывается один раз и всё. Через год после отмены терапии возвращается около 60% потерянного веса. С тирзепатидом разница ещё нагляднее: -5,5% при продолжении терапии против +14% на плацебо. Так что вопрос не «сколько сбросил пациент». Вопрос "что будет с этим результатом через год, два, пять". Ребёнок с лишним весом сегодня - будущий взрослый пациент с уже собранным набором факторов риска. И следующая фаза этой эпидемии будет не про то, кто похудел. А про то, кто удержал.