— Но я...
— Но я... — Что — ТЫ? Боишься? А помнишь, как ты с крыши сарая прыгнула? Восемь лет было! — Я ногу сломала! — Зато какой полёт был! СЕКУНДА — но ты летела! И кричала от восторга! Пока не приземлилась, конечно, — Алиска хихикнула. Ольга вспомнила. И правда — секунда полёта стоила двух месяцев в гипсе. — Ладно. Договор. Но давай начнём с чего-то простого? — Не-а! Сразу жёлтое платье! И к Диме подойдём! — Алиса! — Алиска! И не ной! Договор так договор! Рукопожатие! Ольга протянула руку к зеркалу. Коснулась холодного стекла. И почувствовала... тепло? Будто кто-то действительно пожал ей руку. Маленькую, липкую от воображаемого мороженого, но такую родную руку. В субботу в магазине детской одежды (во взрослом жёлтых платьев с воланами не нашлось) продавщица с изумлением смотрела, как солидная женщина примеряет платье размера XXXL из подростковой коллекции. — Вам... для дочери? — осторожно спросила она. — Для Алиски! — радостно ответила Ольга. — Она семь лет этого ждала! То есть двадцать восемь. Короче, неважно! Платье было нелепым. Воланы топорщились. Жёлтый цвет убивал всё живое в радиусе метра. — Идеально! — выдохнула Ольга. В зеркале Алиска прыгала от восторга. На батутах Дима (в ярко-зелёной футболке с Человеком-Пауком) и Ольга (в том самом жёлтом платье поверх джинсов) прыгали два часа. Потом ели мороженое. Три килограмма на двоих. Потом орали в караоке "Кузнечика". А потом сидели на лавочке в парке. — Знаешь, я всегда думал, ты такая... неприступная, — признался Дима. — Я и была. Алиску заперла. Решила, что взрослая. — А что изменилось? Ольга задумалась. — Я заключила договор. С собой. С той, которая умеет жить. Один день в неделю — её. Без "надо", "положено", "что скажут". Просто... жить. — Можно мне тоже? В ваш договор? — А твой Димка готов? — Димка вообще в восторге! Он говорит, Алиска — огонь! Ольга улыбнулась. Повернулась к витрине магазина — поймать отражение. Алиска показывала сердечко руками и подмигивала. "Видишь? А ты двадцать восемь лет в своей тюрьме сидела! Думала, безопасно! А там ЖИЗНЬ проходила!" — Спасибо, — прошептала Ольга. — За что? — не понял Дима. — Не тебе. Алиске. За то, что не сдалась. Ждала меня. С того дня в офисе появилась новая традиция. По субботам кто-то обязательно приходил в чём-то нелепом. Бухгалтерия как-то явилась в футболках с котиками. Охранник Михалыч пришёл в ковбойской шляпе. — Это Мишка, — пояснил он. — Внутренний ребёнок. Ковбоем хотел стать. А Ольга? Ольга больше не просыпалась в 5:47. Алиска больше не плакала по ночам. Они договорились. И оказалось, что один день в неделю, прожитый по-настоящему, стоит шести дней взрослой жизни. А ещё оказалось, что Дима тоже не умеет петь. Но зато умеет смеяться. И держать за руку. И не бояться жёлтых платьев с воланами. "Эй, Оль!" — Алиска постучалась утром понедельника. — "А давай сегодня хотя бы яркую помаду накрасим?" — Договор — суббота! "Ну Оооооль! Ну чуть-чуть! Оранжевую!" — Розовую. И это мой последний офер. "СДЕЛКА!" В отделе логистики до сих пор гадают, что случилось с Ольгой Петровной. Но на всякий случай тоже начали носить яркие помады. Мало ли... Вдруг заразно. Спойлер: заразно. Алиска знает...😉