ТВ

Тропа в неизведанное

Прочее · 13 сентября 2026 г.

Открыть канал в MAX

Как известно, формы проклятия определяют обычно характер клятвы: древнейшая клятва была...

Как известно, формы проклятия определяют обычно характер клятвы: древнейшая клятва была, в сущности, самопроклятием, т. е. обречением себя в жертву, призыванием на себя кары в случае нарушения обета; не случайно слова, обозначающие клятву и проклятие, образуются у славян от одного корня (Клингер, 1911, с. 32-33) и глагол клясться может иметь значение 'проклинать' (СРНГ, XIII, с. 335). Поскольку матерная брань может выступать в функции проклятия (а также заклятия), соответствующие выражения кажется возможным связать с клятвой землей, хорошо известной по многочисленным этнографическим описаниям (см. вообще о клятве землей: Афанасьев, 1865-1869, I, с. 146-149; Максимов, XV, с. 311, 314; Максимов, XVIII, с. 263-267; Смирнов, 1913, с. 274-275; Перетц, 1929, с. 910-921). Этнографические свидетельства, сообщая подробные сведения относительно ритуалов, сопровождающих клятву землей (кладут землю на голову, берут ее в рот или в руку, едят землю, кусают ее, целуют землю и т. п.), не дают сколько-нибудь четких указаний относительно самой клятвы, т. е. ее словесного выражения; можно предположить, таким образом, что матерное ругательство в одной из своих функций и представляло собой подобную формулу. Б.А. Успенский. Мифологический аспект русской экспрессивной фразеологии