Родился я в 1915 г. в эвенкийском поселке Ванги на Сахалине. Летом все эвенки со стадам...
Родился я в 1915 г. в эвенкийском поселке Ванги на Сахалине. Летом все эвенки со стадами откочевывали в сопки, и поселок оставался пустым. Нас было двое у отца и матери. Хозяйство отца считалось бедняцким, у него было всего 30 оленей. Мне было полтора года, когда умерла мать. После смерти матери отец начал пить, меня отдали дяде, а брата взяла бабушка. Я жил у дяди до 5 лет. Тогда умерла его жена и меня взяла бабушка. Но у бабушки я жил недолго. Она скоро умерла. Года три я жил опять у дяди. Потом меня отдали якутам-кулакам. У них я колол дрова, таскал воду, искал оленей. Якуты отдали меня в 1925 г. в школу. Школа еще была старая. За провинности стояли в углу на горохе. За шалости нас ставили с вытянутыми руками на час и два. В 1927 г. в Хандузе открылась первая туземная школа. Меня вместе с другими приняли в эту школу-интернат. Но и в этой школе еще было много старых порядков. Ребята убегали, и я раз сбежал в тайгу. За это и мне попало. В конце концов я попал в школу в Ногликах, кончил в этой школе четыре класса. Из школы нас семь человек откомандировали на курсы Рыбпромуча в Александровск. Летом мы работали на рыбалке. Скучно было на практике. Я с товарищем решили отсюда уехать. Починили лодку, приготовили парус, хлеб и собрались в дорогу. Но это нам не удалось. Нас поймали и обещали отпустить. Осенью мы пошли домой и только в январе я добрался до дому. Шли мы пешком, ехали с попутчиками на оленях. Добрался я до знакомых. У них долго не жил. Опять захотелось учиться. Нашел я попутчика и зимою приехал опять в школу в Ноглики. Здесь я проучился один год. Однажды нас начали опрашивать, кто хочет ехать в Ленинград. Я о Ленинграде много, слышал. Он мне представлялся большой, большой деревней. Хотелось побывать, и я с радостью записался, ни с кем не советуясь. В 1933 г. я поехал. Пароходы я уже знал, но железнодорожный поезд видел в первый раз. Он мне казался самым быстрым железным оленем, когда уносил меня сквозь леса. Выйдя в Ленинграде из поезда, я был ошеломлен шумом. Город никак не похож на мою родину: кругом каменные дома подобны горам, а не горы. Люди, как муравейник в тайге, кишели вокруг меня; как волны в море кипела вокруг меня толпа. Кругом блестели лучи, но была ночь. По узким ущельям гуськом во все стороны ездили железные сани... Голова шумела, перед глазами все вертелось. Трудно было привыкнуть к шуму города. Ночью я вскакивал с постели и не мог спать. Тянуло в тихую Тайгу... Но первый год прошел, и я привык. Сейчас я учусь на четвертом курсе педагогического отделения Института народов Севера. Мне хочется и домой ехать — учить других у себя в школе, и самому учиться здесь дальше... Сейчас я работаю над собою, пробую писать стихи и рассказы о старой и новой жизни эвенков, о тайге, о природе... Из автобиографии Григория Яковлевича Чинкова, эвенка из поколения Эдян с Сахалина. Журнал "Советская этнография", выпуск 1, 1938 г.
Канал в каталоге Максиметера
8 подписчиков · Прочее