Ирод казнил апостола. Потом другого апостола — Петра — взяли под стражу. Шестнадцать во...
Ирод казнил апостола. Потом другого апостола — Петра — взяли под стражу. Шестнадцать воинов охраняли его в ожидании публичной казни. Казалось бы, всё. Но именно в эту ночь произошло то, что и спустя двадцать веков не перестаёт удивлять. Ирод Агриппа — внук того самого Ирода, который пытался убить младенца Христа. Племянник того, кто отрубил голову Иоанну Крестителю. Профессор Лопухин точно описывает эту семью: «семья убийц, обагривших свои руки самой драгоценной для христианского мира кровью». Воспитан в Риме, получил власть от императоров, хотел нравиться иудеям. Преследовал христиан не по убеждениям, а по расчету. Начал с Иакова, брата Иоанна Богослова. Казнь мечом — римский способ, значит, приговор был вынесен официально. Первая смерть среди двенадцати апостолов. Затем он схватил Петра. Но не казнил его сразу — шла пасхальная неделя, в эти дни не принято было судить. Отложил казнь. Приковал Петра к двум воинам, ещё двоих поставил у дверей. Шестнадцать человек охраны. Ждал окончания праздника, чтобы устроить публичное зрелище. Той ночью Петр спал. Накануне казни — спал. Феофилакт Болгарский: «Он не был ни смущен, ни напуган, предоставив все воле Господа». Пока он спал, Церковь молилась. И вот здесь — важная мысль: Господь по молитве одних может спасти других. Петр спит, они бодрствуют. Ради их молитвы Господь спасает того, кто спал. Ангел толкнул его в бок. Четкие команды: встань, опоясайся, обуйся, надень одежду, иди за мной. С рук упали цепи. Петр шел и думал, что это сон. Прошли первую стражу, вторую. Железные ворота открылись сами. Прошли улицу — и ангела не стало. Только тут Петр пришел в себя: «Теперь я вижу, что Господь действительно послал Своего Ангела». Феофилакт Болгарский пишет: «Ангелу было угодно, чтобы сердце Петра вдруг наполнилось радостью — уже после освобождения». Сначала вывел, потом дал всё понять. Пётр подошёл к дому, где молились. Постучал. Служанка Рода узнала его голос и от радости не открыла ворота. Побежала сообщить. Ей ответили: «Ты в своём уме?» Они молились за Петра всю ночь. И не поверили, когда молитва была услышана. «Это его ангел», — решили они. Пока они спорили, Пётр продолжал стучать. Открыли. Увидели и удивились. Мы просим — и все равно удивляемся, когда получаем. Это честное описание того, как вера работает в жизни реальных людей. А потом Ирод умер. Он вышел к народу в серебряной одежде, сверкавшей на солнце, принял похвалы толпы — «это глас Божий, а не человеческий» — и не отверг их. Иосиф Флавий описывает ту же сцену независимо от Луки: та же одежда, те же похвалы, та же смерть от болей в кишечнике. Два источника описывают одно событие. Книга Деяний — не притча. Это реальная история. «Слово Божие росло и распространялось» — этой фразой Лука завершает рассказ о смерти Ирода. Царь умер. Апостол жив. Слово распространяется.