Катерина почувствовала, как мурашки побежали по спине. — 19 января 2026 г. в 15:29:54.287
Катерина почувствовала, как мурашки побежали по спине. Георгий перебил мягко: — Вы понимаете, что это трудно? Физически и морально. Девять месяцев — долгий срок. Не каждая может это выдержать. Вы уверены в своих силах, проблем потом не будет? — Я многое выдерживала, — сказала Катерина, встречаясь с ним взглядом. — И… да. Я уверена. Инга достаточно быстро свернула разговор: —Мы ознакомились с вашим заявлением, анализами... Вы нам подходите. Тогда оформляем. Агентство подготовит контракт. --- Подписывая документы, Катерина ощущала, как будто сама себе расписку пишет: отдаёт часть жизни в аренду. Но цифры в договоре говорили громче сомнений. Деньги могли закрыть все долги, обеспечить Илье новую школу, даже дать возможность переехать. Когда она вернулась домой и рассказала всё сестре, та долго молчала. — Ты уверена, Кать? — А куда мне деваться? Иногда… бывает, что другого выхода просто нет. Илье они сказали, что Катерина едет подработать к очень состоятельным людям. — Мам, ты же вернёшься? — Конечно. Это ненадолго. Ты поживешь пока у тёти Оли. Илья, показалось, даже рад был этому. Он очень любил бывать у тети. С двоюродным братом они отлично ладили и им было не скучно. --- День отъезда был тихим. Катерина закрыла дверь своей квартиры и вдруг почувствовала: она прощается не только со стенами, ее жизнь уже не будет прежней. «Новая жизнь», — подумала она. Не лучшая, не худшая. Просто новая. **** — Катя, ты опять набрала? — голос Инги раздался так резко, что Катерина вздрогнула, вытирая руки полотенцем. — Это вода… — пробормотала она. — Врач говорил, что бывает… — Мне всё равно, что «бывает», — отмахнулась Инга, хлопнув планшетом по столу. — Ты должна контролировать. Взвешивайся утром и вечером. И, пожалуйста… хоть немного приводи себя в порядок. Ты сейчас ходишь как… ну… ты поняла. Катерина кивнула. Она уже давно поняла, что Инга говорит так не потому, что зла, — просто она привыкла к тому, что в её мире всё поддаётся управлению: тело, график, муж, даже беременность, пусть и вместо нее. С кухни тянуло ароматами идеально приготовленного завтрака — готовила домработница. Катерине тоже всё подавали, но она уже не чувствовала, что это «для неё». Всё казалось частью того самого контракта, где прописано, как ей жить, сколько гулять, какие витамины принимать. Георгий появился позже. Быстро кивнул жене, но глаза его остановились на Катерине. — Как себя чувствуете? — Нормально. Ночью живот потягивало, но врач говорил, что такое бывает. — Если что — скажите мне сразу. И не терпите, — сказал он, глядя на неё чуть дольше, чем нужно. Инга хмыкнула: — Ты бы мне так говорил, когда я ноготь сломаю. Катерина опустила взгляд, будто их перепалка — не для её ушей. В этом доме часто возникало ощущение, что она — как дорогой, но чужой предмет интерьера: нужный, пока выполняет свою функцию. --- Дни потекли в одинаковом ритме. Диетолог. Массажист... Психолог... Анализы... Узи Инга же требовала отчётов: — Сколько гуляла? — А воды сколько выпила? А витамины приняла? Сходи еще на прогулку, тебе нужно больше свежего воздуха. Катерина иногда смотрела себя и думала, что для Инги она, наверное, как растение, за которым надо ухаживать. Иногда, когда Инга уезжала тренировать новую группу или записывать очередной рекламный ролик, в квартире становилось как будто легче дышать. Тогда Катерина садилась в гостиной, укрывалась пледом и читала книги, оставленные на полке: кто-то когда-то купил, но так, наверное, и не открывал. Однажды Георгий подошёл тихо, будто боялся спугнуть её спокойствие. — Что читаешь? — Да так… роман. — И как? — Интересный, но слишком правильный. Не верится, что в жизни так бывает. Я люблю про семью, отношения... Наверное, потому что у самой всё сложно Он улыбнулся: — У всех семей есть свои скелеты в шкафу. Просто кто-то лучше их прячет. Она подняла глаза — и в его взгляде увидела усталость. Глубокую, человеческую, которую Инга старалась не замечать. — Как-то грустно вы это сказали.