Пахала на родню
Пахала на родню — А себя тебе не жалко? — резко спросила Олеся. — Ты посмотри, во что ты превратилась за этот год! Просишь у меня поношенные куртки и сапоги, ходишь с протянутой рукой. Я тебе помогать деньгами в такой ситуации не буду, мама. — Олеся, дочка, у тебя случайно не осталось старой зимней куртки? Или, может, сапоги какие ненужные в шкафу лежат? — тихо, пряча глаза, спросила Светлана Борисовна. Олеся отложила чашку чая и с искренним удивлением посмотрела на мать. — Мама, ты серьезно? Зачем тебе мои старые вещи? Я ведь тебе на день рождения три месяца назад дарила хорошую косметику и приличную сумму денег в конверте. Да и на прошлый Новый год пальто тебе покупала качественное, дорогое. Куда все это делось? — Косметика стоит в шкафчике, пальто я берегу, на выход надеваю, — прошептала Светлана Борисовна, так и не поднимая головы. — А вот на каждый день ходить совсем не в чем. И белье бы какое-нибудь... попроще, самое обычное. Если у тебя есть ненужное, отдай мне, пожалуйста, я буду очень благодарна. — Мама, посмотри на меня, — Олеся пересела на соседний стул, поближе к матери, и осторожно взяла ее за руку. — Что происходит в вашей семье? Почему ты просишь у меня поношенную одежду? У тебя что, действительно совсем нет денег? — Совсем нет, Олечка… Ни копейки за душой не осталось. Даже на маршрутку, чтобы сегодня до тебя доехать, у Андрюши со скрипом выпрашивать пришлось. Он дает, конечно, но Марина при этом так смотрит... Будто я у их собственного ребенка последний кусок хлеба отбираю. Мне так стыдно каждый раз руку протягивать, ты бы знала. Олеся замерла. — Подожди… Как это — нет денег? Ты ведь уволилась со своей хорошей работы именно для того, чтобы сидеть с их маленьким сыном! Вы же изначально договаривались, что Андрей с Мариной будут регулярно выплачивать тебе компенсацию, чтобы Марина смогла спокойно выйти на работу и не потерять свое руководящее место в крупной компании. — Договаривались, да, — вздохнула Светлана Борисовна, вытирая слезу ладонью. — В самый первый месяц они мне действительно дали тридцать тысяч рублей. Это, конечно, было значительно меньше моей прежней зарплаты в банке, но мне на скромные личные нужды вполне хватало. Во второй месяц они дали уже двадцать тысяч, сославшись на непредвиденные траты. А потом они решили расширяться, взяли огромную квартиру в ипотеку. И Марина мне тогда прямо заявила: «Светлана Борисовна, у нас теперь каждая копейка на строгом счету. Свободных денег на выплаты вам просто нет. Но вы ведь у нас постоянно живете на всем готовом, мы вас кормим лучшими продуктами, коммунальные услуги сами оплачиваем. Зачем вам наличные в вашем возрасте?». — И ты просто промолчала? — воскликнула Олеся. — Ты молча согласилась работать бесплатной круглосуточной няней у собственного сына и его невестки? — Ну а что я могла сказать в ответ? У них ипотека огромная, внучок маленький растет, Андрюша крутится как может. Я ведь просто хотела как лучше, мечтала быть хорошей свекровью, опорой для молодой семьи, а не обузой. Не устраивать же мне скан..дал из-за денег с родным сыном. Андрей тогда промолчал, отвел глаза, а Марина так убедительно и мягко все расписала, что я и возразить не посмела. — Хорошая свекровь, значит? — Олеся горько усмехнулась. — Мама, ты хоть понимаешь, что они тебя просто бессовестно используют как бесплатный ресурс? Ты угробила свое здоровье, уволилась с работы, где у тебя был отличный стаж и уважение коллег.