Обычно я стараюсь начать новую рабочую неделю в канале с эссе, над темой которого я дол...
Обычно я стараюсь начать новую рабочую неделю в канале с эссе, над темой которого я долго размышляю. Но сегодня я нарушу правила, потому что тема любви важнее всех иных, я уверена. В Сабстек я читаю основателя британского кинофестиваля "Raindance" и учредителя "Bifta" Эллиота Грува, я уже знакомила вас, дорогие подписчики, с его взглядом на фестивальное движение. А сегодня приведу часть из его еженедельных отчетов-эссе, которые он публикует каждую субботу: эта часть об эволюции в любви. Эллиот Грув "Любовь изменила моё самое главное убеждение. Ничто не подвергло сомнению мои убеждения сильнее, чем забота о Сьюзан — моей спутнице на протяжении более пятидесяти лет. Когда мы были молоды, я думал, что любовь — это про волнение и восторг. Это про приключения, общие мечты и совместное построение будущего. Я представлял любовь как движение: путешествия, созидание, создание семьи, составление планов и веру в то, что завтра всегда подарит новое начало. С возрастом жизнь научила меня совершенно другому языку. Теперь любовь часто выглядит как приготовление ещё одной чашки чая. Она выглядит как помощь, чтобы человек смог встать, как терпеливое ожидание в долгих паузах тишины, как радость от улыбки, которая длится всего несколько секунд, или просто как сидение рядом, потому что слова больше не нужны. Грандиозные жесты, которые когда‑то казались такими важными, незаметно уступают место маленьким проявлениям заботы, которых никто не замечает. У жизни есть удивительная способность счищать наши замысловатые теории, пока не останется лишь то, что по‑настоящему важно. То, что мы когда‑то считали необходимым, постепенно отходит на задний план. У успеха, амбиций, признания и достижений своё место, но болезнь задаёт гораздо более простой вопрос: «Ты останешься?» Думаю, я по‑настоящему не понимал, что такое любовь, пока она не превратилась в то, что уже нельзя описать романтическими словами. Любовь перестала быть чувством и стала решением. Она стала в том, чтобы приходить каждый день — независимо от того, лёгким будет этот день или невыносимо тяжёлым. Она стала присутствием. Она стала терпением. Она стала принятием того, что в некоторые дни величайшим достижением будет просто помочь другому человеку почувствовать себя в безопасности. В обычной доброте есть необыкновенное достоинство. Мы редко воздаём ей должное — ведь она не попадает в заголовки новостей. Никто не аплодирует тихому мужеству тех, кто ухаживает за близкими, супругов и семей, которые продолжают быть рядом, когда нет никакой публики. И всё же я пришёл к убеждению, что эти маленькие, повторяющиеся акты верности раскрывают глубочайший смысл любви куда сильнее, чем любое драматическое признание. Каким‑то образом, став обыденной, любовь стала необыкновенной. В моей повседневной жизни в роли ухаживающего за Сьюзан разговоры обычно бывают короткими и лаконичными: «Хочешь пить? Хочешь есть? Хочешь послушать босса‑нову или фортепианный джаз?» Лёгкого движения глаз или кивка головы мне достаточно, а потом — тихое «спасибо». И тогда я понимаю: она всё ещё здесь". В этом тексте помимо личной переоценки чувства любви Грув дает кинодраматургам уникальную "схему" по написанию любого сюжета: любовь/страсть/ненависть - любое иное - перестают быть чувствами в кино, но становятся решениями, что значит действиями. Как проявляется любовь Эллиота к Сьюзан? В обычном действии: в налитом в чашку чае, не в словах. Или вот иные примеры: разорванный героиней под столом в клочья носовой платок - её решение не показывать окружающим боль от смерти сына, бритая налысо голова героя - его решение не дать болезни жены сломить её, покупка героиней дома напротив дома бывшего - её решение превратить его жизнь в ад. Так, чтение глубоко личного текста рождает понимание драматургической сути бытия. Тронул вас текст Грува? Меня до слез. #любовь #кино