Кафе "Старая площадь" было из тех мест, где встречаются люди среднего достатка — не сли...
Кафе "Старая площадь" было из тех мест, где встречаются люди среднего достатка — не слишком дорого, но и не совсем дёшево. За угловым столиком сидел нервный мужчина лет тридцати пяти в мятом костюме. — Волков? — спросил Жданов, подходя. — Да. Садитесь, капитан. Разговор серьёзный будет. Антон выглядел как человек, который несколько дней не спал нормально. Глаза красные, руки трясутся, постоянно оглядывается по сторонам. — Рассказывайте, что знаете. — Олега Витальевича больше нет, — сразу выпалил помощник. — Его убрали в четверг вечером. — Откуда такая уверенность? — Потому что я видел, как это произошло. У Жданова мурашки побежали по спине: — Рассказывайте подробно. — Мы работали в офисе допоздна. Олег Витальевич готовил доклад для сессии думы — хотел обнародовать факты коррупции в мэрии. У него были документы, записи разговоров... — Какие конкретно документы? Волков нервно закурил, хотя в кафе это было запрещено: — Схемы откатов по благоустройству. Знаете, сколько город тратит на установку одной детской площадки? Полтора миллиона. А реальная стоимость — триста тысяч. Остальное в карманы утекает. — И кто эти карманы? — Начиная с прорабов и заканчивая самим мэром. Цепочка длинная, все друг друга кроют. Жданов записывал, мысленно прикидывая масштабы. Если каждый проект разворовывается на семьдесят процентов, то за год счёт идёт на сотни миллионов. — Продолжайте. Что случилось в четверг? — Около девяти вечера к нам в офис пришли трое. В костюмах, вежливые такие. Сказали, что от мэра, хотят поговорить с Олегом Витальевичем. — И что дальше? — А дальше я понял, что непонятное приехало. Вернее, настолько понятное, что Олег побледнел, руки у него затряслись. Говорит мне: "Антон, иди домой. И если что со мной случится — беги из города". — А вы ушли? Волков затянулся ещё раз, руки у него тоже дрожали: — Сделал вид, что ушёл. А сам спрятался в соседнем офисе, окна у них смежные. Слышал, как они разговаривают. — Что именно слышали? — Предлагали ему сделку. Типа, забываешь про документы, а мы тебе депутатское кресло в областной думе даём. Больше денег, больше возможностей. — А Морозов что ответил? — Послал их подальше. Сказал, что дети по грязи ходят, а они виллы себе строят. И что завтра же всё обнародует. Жданов кивнул. Похоже, депутат оказался принципиальнее, чем можно было ожидать от типичного чиновника. — И тогда его убрали? — Не сразу. Сначала один из них, старший, сказал: "Олег Витальевич, вы не понимаете серьёзности ситуации. У нас есть компромат на вас. Хотите, чтобы жена узнала о ваших похождениях?" — Какой компромат? — Фотографии с молодой девкой. Морозов иногда на сторону ходил, думал, тайно. А его снимали. — И что он на это? — А он как заорёт: "Да пошли вы все! Пусть жена узнает, пусть все узнают! Но воровать я не дам!" И документы к груди прижал. Волков затушил сигарету и сразу закурил новую. Парень был на грани нервного срыва. — А потом что было?