Женщина 20 лет жила в унаследованной квартире — а потом чиновники решили забрать ее себ... — 1 августа 2026 г. в 06:16:01.031
Женщина 20 лет жила в унаследованной квартире — а потом чиновники решили забрать ее себе. Разобрался только Верховный суд Споры о наследстве иногда возникают спустя много лет после смерти собственника. Особенно если наследники фактически приняли имущество, но так и не оформили свои права через нотариуса. В этой истории женщина прожила в квартире матери более 20 лет, а затем неожиданно узнала, что городские власти решили выселить ее и забрать жилье себе. Что случилось? Гражданка Б. жила вместе со своей матерью в квартире в Москве. Позже мать умерла. Наследницами стали Б. и ее сестра, которая к тому времени давно проживала отдельно с мужем. Женщины договорились, что Б. пока останется в квартире, а позже они оформят наследство и продадут жилье. Однако временное проживание постепенно стало постоянным. Б. продолжила жить в квартире, а сестра больше не поднимала вопрос о продаже. В итоге к нотариусу никто так и не обратился, наследство официально не оформили, а установленный для этого срок давно истек. Так прошло более 20 лет. Все это время Б. проживала в квартире матери. Ее сестра за эти годы умерла. Однажды женщина обнаружила в почтовом ящике судебную повестку. Оказалось, что Департамент городского имущества Москвы потребовал выселить ее из квартиры, признать жилье выморочным имуществом и передать его в собственность города. Тогда Б. подала встречный иск и потребовала признать, что она фактически вступила в наследство, а также оформить за ней право собственности на квартиру. Что решили суды? В суде Б. указала, что после смерти матери продолжила жить в квартире, была в ней зарегистрирована, оплачивала коммунальные услуги и несла расходы по содержанию жилья. При этом за все прошедшие годы городские власти судьбой квартиры ни разу не интересовались. Представители департамента возражали. Они ссылались на то, что Б. без уважительных причин пропустила срок для вступления в наследство, а по квартире имелась задолженность за коммунальные услуги. По мнению чиновников, это не позволяло считать ее добросовестным владельцем. То обстоятельство, что департамент более 20 лет ничего не предпринимал, его представители существенным не считали. Они настаивали, что квартиру и сейчас можно признать выморочной и передать городу. Суд первой инстанции поддержал департамент. Б. постановили выселить, а квартиру — передать в собственность Москвы. Апелляция и кассация оставили решение без изменений. Что сказал Верховный суд? Нижестоящие суды не учли сразу несколько важных обстоятельств. Во-первых, Б. фактически приняла наследство. После смерти матери она продолжила жить в квартире, была там зарегистрирована, оплачивала коммунальные услуги и содержала имущество. Даже наличие задолженности само по себе не отменяло факта принятия наследства. Во-вторых, сам департамент не выполнил установленный порядок оформления выморочного имущества. Согласно действовавшему региональному регламенту, органы власти должны были собрать необходимые сведения и начать оформление прав на квартиру в течение шести месяцев после смерти собственника. Предельный срок передачи такого жилья в собственность города составлял один год. Однако за 20 лет чиновники не предприняли никаких действий. Следовательно, департамент сам утратил возможность требовать передачи квартиры в собственность города. В итоге Верховный суд отменил решения нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение (Определение Верховного суда по делу N 5-КГ21-90-К2). После пересмотра районный суд признал Б. собственницей квартиры, а в требованиях департамента отказал (Решение Бутырского районного суда Москвы по делу N 02-5714/2021).